Когда вернулись в дом, Уилл пригласил всех в библиотеку. Некогда здесь стояли огромный дубовый стол и мягкие стулья, а вдоль отделанных деревянными панелями стен высились стеллажи с книгами, теперь же не осталось ничего от былой роскоши, панели содрали со стен, и только на полках валялось несколько книг.

– Нам будет очень непросто, – начал Уилл. – Но мы дожили до этого дня, и это уже хорошо. Когда два года назад Конфедерация издала «Акт о реквизиции», у нас забрали скот и запасы зерна, а заодно и все, что можно было продать, а что не выгребли конфедераты, досталось северянам, которые квартировали здесь в прошлом месяце. Кстати, Клэй, офицер янки, капитан Грандж, передавал тебе привет. Он сказал, вы учились вместе.

– Колин Грандж?

Уилл кивнул.

– Он был настолько добр, что оставил нам лошадь, когда их отряд уходил. Так нам удалось вспахать землю.

Казалось, несколько столетий отделяло Клэя от тех беззаботных дней, что он провел в Вест-Пойнте. Столько друзей у него появилось там – и столько их оказалось по разные стороны баррикад во время войны.

– Три поля мы засеяли хлопком, – продолжил Уилл, – а теперь, когда вы все здесь, можем засеять еще пару. С Божьей помощью, следующей весной мы сделаем вдвое больше. Я обещал умирающему отцу, что мы вновь поднимем Фрезер-Кип. – В его глазах блеснули слезы. – Я очень рад видеть вас здесь живыми и здоровыми. Через пару недель будете полны сил, как раньше!

– Уилл, – проговорил Клэй, – я скажу за всех нас: мы благодарны тебе за то, что ты сохранил наш дом. Каждый из нас видел достаточно разоренных хозяйств, чтобы ронять, чего тебе это стоило. – Он хлопнул брата по плечу. – А теперь у тебя есть помощники.

– Аминь, братья, – сказал Гарт. – Не знаю, как вы, а я едва держусь на ногах. Я иду спать.

Все начали расходиться, но Уилл задержал Клэя:

– Погоди минутку, мне надо кое о чем с тобой поговорить.

– Ладно, только недолго. Я хочу увидеть Элли как можно скорее.

Элли, его возлюбленная, его невеста… Весь последний час он не мог думать ни о чем другом. Они были влюблены друг в друга пять лет и собирались пожениться, как только закончится война. Ее дивный образ освещал его путь в самые мрачные дни войны. Клэю не терпелось обвенчаться с ней как можно скорее. Ему исполнилось тридцать – самое время, чтобы обзавестись семьей.

Уилл прикрыл дверь и сказал:

– Боюсь, у меня для тебя плохие новости. – Он вытащил из сейфа конверт. – Это тебе. – Он протянул конверт брату и отошел.

На конверте значилось имя Клэя, выведенное аккуратным почерком Элли. Сердце его сжалось от дурного предчувствия, но он вскрыл конверт и прочел вложенное письмо. Ему показалось, что он получил пулю в живот.

– Как она могла? – Он не отдавал себе отчета в том, что вопрос этот прозвучал вслух.

Уилл оторвался от созерцания камина и повернулся к нему:

– Они поженились два месяца назад. – Во взгляде его сквозило сочувствие.

Клэя охватило такое оцепенение, что он даже разозлиться не мог.

– Мне очень жаль, Клэй. В Вермонте жила богатая тетка Бьюфорда, она умерла, отписав ему по завещанию все свое состояние – за то, что он не вступил в армию Конфедерации. Сразу после церемонии они уехали на Север.

Клэй молчал, и Уилл продолжил:

– Как бы я хотел утешить тебя, брат.