— Я думал, что тебе так хочется, — сказал он.

— Хотелось… хочется… Не знаю.

— Ты редко пишешь матери.

— Не люблю писать. Это не значит, что мне не хочется ее видеть. — Она потерла о его плечо свою ладонь. — Ты не пишешь Коннору, а я знаю, что тебе хотелось бы снова повидать его.

— Знаешь, вот как?

— Не отказывай мне в некоторой доле здравого смысла, — сказала она. — Может, ты с ним и не можешь ужиться дольше двух минут, но ни на минуту не сомневаюсь, что ты хочешь, чтобы было иначе. Разве тебе не интересно узнать, как они живут с Мэри Маргарет?

— Я знаю, как дела у Мэгги, — заметил Раштон. — Она пишет родителям. Джей Мак рассказывал, что они с Мойрой получили пачку писем всего несколько недель назад. Некоторые из них написаны еще в середине лета.

— Наверное, никто из «Дабл Эйч» не наведывался в город, чтобы их отправить.

Раштон тоже так подумал. Сначала. Джей Мак дал приятелю прочесть письма Мэгги, и Раштону показалось интересным, что в них отсутствовали какие-либо подробности о ранчо «Дабл Эйч». В некоторых случаях, когда в них что-то описывалось, то описание явно не соответствовало действительности. В письмах невестки также отсутствовала информация о его сыне. Мэгги ни разу не писала о том, чем занимается на ранчо Коннор, что могло интересовать ее родных. Никогда не упоминала ни об одной шутке, над которой они могли бы вместе посмеяться. Ни разу не спросила у матери совета по поводу какого-нибудь спора. Если верить Мэгги, это была самая идиллическая супружеская жизнь во всем свете.

Что заставляло Раштона усомниться, а существует ли она вообще.

Он ничего не сказал Джею Маку. Не хотел вмешательства с этой стороны. Но его разбирало любопытство, и сейчас он слушал Берил с большим интересом, чем она представляла.

— Завтра — первое ноября, — сказал он.

— Гм-м-м. Вероятно, «Дабл Эйч» занесено снегом.

— Вероятно. — На мгновение воцарилось молчание. — Я мог бы отлучиться с завода к концу зимы.

— На Рождество? — с надеждой спросила Берил.

— Нет. Позже. Возможно, в феврале.

Берил подняла голову и посмотрела на мужа. Слегка надула губки.

— Но до февраля слишком далеко, И мы все равно не сможем пробиться к «Дабл Эйч».

— Я не так думал о ранчо, как о твоем желании повидать мать. Поезд легко дойдет до Денвера. Мы поживем у Грейс, пока весна не освободит дорогу.

Берил чуть не взвыла:

— Но это же может случиться только в марте или апреле!

— Знаю, дорогая, — сочувствующим тоном ответил Раштон, глаза его были серьезны. — Но я не смогу уехать раньше. И таким образом, ты проведешь со своей мамой столько времени, сколько захочешь. — Он увидел, что Берил слегка побледнела, но сумел подавить улыбку. — Почему бы тебе не заняться этими лампами, Берил? — спросил он, прижимаясь губами к ее лбу. — Ты получила то, что хотела. — Его рука скользнула под распахнутый халат и обхватила ее грудь. — Теперь моя очередь.

Она тихо застонала, когда его губы впились в ее губы.

Мэгги сидела на кровати, когда Коннор принес ей пиршественный поднос. Он показал ей содержимое, чтобы подразнить, а потом поставил поднос на столик, У нее слюнки потекли при виде блинчиков и бекона, горячего чая с медом и теплых булочек.

— Я не могу это все съесть, — запротестовала она. Но глаза ее жадно следили за подносом.

Наблюдая за ней, Коннор рассмеялся:

— Я доем то, что ты не сможешь, хотя и не думаю, что мне много достанется.