Изменить размер шрифта - +
Африка... с Ричардом Муром… Она работала бы с ним над новым фильмом, а ночами они спали бы у походного костра под яркими звездами. Они были бы друзьями, любовниками…

Луиза закрыла глаза. Это было бы изумительно, но потом их пути неизбежно разошлись бы.

«Неужели я смогу воспользоваться моментом, насладиться им, а потом забыть? А может, это лучший способ избавиться от разочарования в любви? Или я слишком плохо знаю себя? Неужели это я поклялась никогда не связываться с мужчиной, если чувства не обещают быть долгими и прочными?»

Когда раздался стук в дверь, Луиза все еще таращилась в потолок, словно надеясь найти там ответы на свои вопросы.

— Я не сплю, — крикнула она.

— Я принес тебе завтрак, — сообщил Ричард из-за двери. — Ты в приличном виде?

Луиза резко села в постели, пригладила волосы и растерянно огляделась.

— Если дашь мне пару минут, я спущусь вниз.

— Завтрак остынет, — ответил Ричард, протискиваясь в комнату. Он опустил на кровать поднос со стаканом яблочного сока, гренкой, яйцом, кофейником и букетиком петуний в маленьком кувшинчике, подтянул к кровати стул, переставил на тумбочку кофейник и две чашки. — Здесь немного, только чтобы заправить тебя энергией. Мы не так давно ели.

— Спасибо, — выдавила Луиза, тщетно пытаясь подавить волнение. Он успел выкупаться в море: из-под футболки выглядывали еще влажные плавки. А легкая щетина на лице и лохматые волосы придавали ему совершенно неотразимый вид.

— Как ты себя чувствуешь?

— Абсолютной развалиной, — с горечью призналась Луиза.

— Ты не выглядишь развалиной. — Ричард с удовольствием взглянул на ее растрепанные волосы, на пижамную рубашку, отделанную голубыми атласными ленточками с бантиками, затем оглядел спальню. — Похоже, голубой — твой любимый цвет.

— Один из любимых, — согласилась Луиза. Действительно, в ее комнате преобладал голубой цвет. С голубыми стенами и ковром прекрасно гармонировали шторы и покрывало цвета слоновой кости, а над изголовьем кровати висел гобелен: поле, усыпанное цветами, от кораллово-розовых до пшенично-желтых.

— Налить кофе? — предложил Ричард. — Между прочим, яйцо всмятку.

Луиза глубоко вздохнула и взяла с подноса яблочный сок.

— Ты... у меня такое впечатление, будто я бьюсь головой о каменную стену.

— Тогда у нас одинаковые впечатления.

— Я напоминаю тебе каменную стену?

— Только внутренне. Снаружи совсем другое дело.

— Не начинай…

— Чего не начинать? Я и не собирался, — миролюбиво прервал он. — Я просто предлагаю перемирие. Другими словами, давай начнем сначала.

Луиза допила сок и принялась за яйцо.

— С какой целью? — наконец спросила она.

— Подружиться, — моментально ответил Ричард.

— Знаешь… — начала Луиза и тут же возмущенно воскликнула:

— А ведь тебя это забавляет!

— Если бы ты видела, как я безуспешно пытался заснуть с трех часов ночи, ты бы так не говорила, — сухо заметил он. — Однако это моя проблема, а не твоя.

— И ты... ты думаешь, что дружба поможет разрешить... это?

— Не знаю. Я только знаю, что решил остаться, и даже знаю почему. Я…

— Я не могу вот так внезапно сорваться с места и поехать с тобой в Африку, — вдруг неожиданно для самой себя выпалила Луиза и осеклась, не в силах отвести взгляд от глаз Ричарда.

— Понимаю, но ты не дала мне закончить, — ласково сказал он, видя смятение в ее глазах.

Быстрый переход