— На молодых преподавателей всегда сваливают черт-те что[1], - ответила Антар, лучась улыбкой. — Представляете, мне поручили украсить зал к Хэллоуину! А будто я знаю, как принято это делать, у нас такого не празднуют… Словом, пришлось дважды переделывать, пока МакГонаггал не удовлетворилась.

— Сочувствую, — искренне произнес он. На девушке было светлое платье и легкая шубка из золотистого меха, то ли лиса, то ли норка, он никак не мог разобрать.

— Ничего, это был забавный опыт… О! Розы под снегом! Можно поближе посмотреть?

— Зачем спрашивать, если вы уже смотрите… — проворчал Люциус, направляясь следом, и сказал вдруг: — Вы как лиса сейчас, ярко-рыжая на белом.

— Попрошу без оскорблений, — серьезно ответила Антар, — с лисами мы не в родстве. И я вовсе не рыжая. Ну разве что на солнце… О, Люциус, у меня к вам важное дело. Идемте в беседку, очень вас прошу, времени у меня немного, нужно вернуться к заходу солнца…

— Хорошо, идемте, — кивнул он, подал девушке руку и отвел туда, где они много раз пили чай втроем. — Что случилось? Что-то с Драко?

— Нет, с ним все в порядке, не беспокойтесь, — она весело улыбнулась. — С одной стороны его опекаю я, с другой — профессор Снейп. Деваться ему просто некуда.

— Да, кстати, Северус уже неоднократно жаловался на вас.

— Ревнует, — изрекла Антар. — Пускай. Не отвлекайте, есть вещи поважнее… Вот.

— Что это? — Люциус с подозрением уставился на извлеченное из бездонной сумки нечто, завернутое в шелковый платок.

— Смотрите сами, — девушка развернула ткань, и лучи осеннего солнца, отражаясь от граней большого камня, залили всю беседку кровавым светом.

— Вы… вы с ума сошли! — выпалил Малфой, когда она прикрыла камень платком. — Как вы его раздобыли?!

— А, это не я, вернее, не только я, — небрежно махнула рукой Антар. — Видите ли… у меня есть фамилиар, мои глаза и уши, кошка, если вы не догадались. Так вот, еще в начале года директор сообщил, что в коридор на третьем этаже нельзя ходить под страхом мучительной смерти. Разве же кошка сумеет сдержать любопытство?..

— И что там было?

— Там оказался цербер. Щенок еще, беднягу посадили на цепь и приказали что-то сторожить. А тем временем в газетах мелькнуло, будто ограбили «Гринготтс»…

— Нонсенс!

— Но это так. И унесли нечто очень ценное.

— И кошка не смогла утерпеть… — пробормотал Люциус.

— Не смогла, — вздохнула Антар. — Слово там, слово здесь, выяснилось, что Фламмель — да-да, тот самый! — отдал философский камень на сохранение Дамблдору. Тот держал его в «Гринготтсе», который так неожиданно ограбили, а в это же время в школе внезапно появился цербер.

— Та-ак… — очень нехорошим тоном произнес Малфой. — Что дальше?

— Дальше — приключения в духе Индианы Джонса, — ответила Дьеллор. — Ой, вы же не знаете, это один маггловский персонаж из фильма… Живые растения, живые шахматы, словом, целая полоса препятствий. Однако камень — вот он. Настоящий, я проверила. А там, если что, осталась подделка, пусть покамест думают, что злоумышленник, хоть и миновал все преграды, забрать камень не сумел.

Люциус задумался.

— И что вы намерены делать с ним дальше?

— Вообще, полагаю, следовало бы вернуть его Фламмелю, — серьезно ответила Антар.