Десять минут спустя адъютант, из руки которого алым потоком лилась кровь, соскользнул с раненого коня на солнечной веранде Алекса и чуть слышно произнес: — Они застрелили его… и Моттишама тоже… и Холливелла, и Ривеса, и Чарли, и маленького Дженса. Они все мертвы. Сипаи Пэкера тоже взбунтовались. Они убили его. Я видел его тело, порубленное на куски. А старый Гарденен…

— Я знаю, — сказал Алекс, с поразительной быстротой накладывая повязку из оборванной занавески на его раздробленные руки и плечо. Повернув голову, он крикнул скакавшему во весь опор из конюшни к бунгало Ниязу: — Лунджорский пехотный тоже! Скачи к реке. Забери заряды из Оленьей башни. Там встретимся. Давай скорей!

Нияз поднял руку в знак согласия и резко развернул обратно свою неистовую лошадь, пока Алекс помогал адъютанту подняться обратно в седло.

— Если люди Маулсена восстали, значит артиллеристы уйдут, — проговорил Алекс, — скачите в резиденцию и скажите им, чтобы они вели женщин и детей через лощину в джунгли, немедленно! Вы в состоянии это сделать? Хорошо, Аладин, скачи с белым господином, быстро!

Сбежав по ступеням веранды, он поймал за уздечку своего коня.

— Куда вы? — чуть слышно спросил адъютант, пришпоривая своего раненого скакуна.

— На склад.

Нияз, проехав уже полпути до ворот, услышав слова Алекса, резко натянул поводья.

— В чем дело? — спросил Алекс, устремляясь на подъездную дорогу.

— Поеду с тобой, — сквозь зубы произнес Нияз, догнав его.

— Делай, как я тебе сказал! — дико на английском прокричал Алекс и ожег плеткой лошадь Нияза. Когда его быстрый Орел легко обогнал ее, он через плечо на местном наречии добавил: — Это приказ! Тебе надлежит его выполнять. Не подведи меня, брат!

Склад, небольшое, квадратное, ничем не примечательное здание из блеклого белого камня, находился в районе военного городка, окруженный высокой стеной и несколькими деревьями с густыми кронами. Вокруг него сновала визжащая толпа сипаев, увидев которую и услышав треск мушкетов, Алекс отскочил в заросли бамбука. Значит, кто-то удерживал склад. Он увидел розовощекое мальчишеское лицо, без головного убора и по рыжим волосам, ярко выделявшимся на фоне блекло-белого камня внутреннего ограждения, узнал молодого Эйтона, новобранца, не более месяца назад прибывшего из Англии. Второй лежал вниз лицом, ярдах в тридцати от ворот со стороны беснующейся толпы. Его мозги растеклись по горячей пыли в странно симметричный звездообразный рисунок.

Рядом с молодым Эйтоном появилось другое лицо — смуглое, бородатое, ярко сверкавшее белыми зубами. Раздался выстрел винтовки и в толпе упал еще один человек. Алексу удалось расслышать слова, назойливо повторяемые вопящей толпой: «Идите к нам. Не воюйте за тех, кто вас предал! Мы будем вашими братьями. Убейте инородцев и идите к нам!» Ответом на это был еще один выстрел, направленный в гущу толпы. Значит кое-кто оставался преданным своим хозяевам. Но бой был неравным, поскольку более пятидесяти человек вылезли за внешнюю стену, и ворота под тяжелыми ударами дюжины бревен начали поддаваться. Алекс понял, что надо уходить. Он ничего не смог бы сделать. Но он не сдвинулся с места. Он видел, как новобранец на мгновение появился на ограждении, внимательно взглянул на осаждающих и, уклоняясь от выстрелов, выбросил вверх руку, подавая какой-то сигнал. Алекс хорошо знал этот сигнал и, повернув коня, погнал его к низкой стене, расположенной ярдах в пятидесяти, перескочил ее и поскакал по открытой местности. Когда он уже миновал ее, услышал грохот и почувствовал сильный удар взрывной волны в спину.

— Отлично! — закричал Алекс, не сознавая, что кричит во весь голос.