— Мы все хотим, Гвен, — Янто искоса посмотрел на нее. — Ты думаешь, Джек заволновался только из-за звезды? Что для него одна жертва значимее другой?

Гвен молчала. Янто был прав. Она не могла винить его за поведение всего остального мира. Если кто и был лишен мелочности, так это капитан Джек Харкнесс. Он слишком многое видел. Он был настолько иным. Джек был — и она не могла сдержать пробежавших по спине мурашек — Джек был особенным.

По другую сторону стекла предмет их обсуждения опустил трубку и распахнул настежь дверь.

— Выключите эти телефоны. Сейчас же. — Прошагав мимо Гвен и Янто, Джек запустил руки в волосы. — Боже, я даже собственные мысли не слышу. Если мне еще хоть раз придется сказать сегодня «да, сэр» или «нет, сэр», клянусь небесами, я застрелюсь.

Гвен взглянула на офис Джека и на лежащий на столе старый револьвер времен второй мировой войны.

— Думаешь, добавление к своим проблемам еще и головной боли поможет нам разобраться со всех этой неразберихой?

Джек уставился на нее.

— И когда смеяться?

Ее улыбка стерлась. Гвен видела, что он устал, а терпение на исходе. Пока она была дома с Рисом, он работал.

— Извини.

Он отмахнулся от извинений Гвен.

— Ты не виновата. Просто слишком много бюрократии для этого времени утра, — он глубоко вдохнул и положил руки на бедра.

Позади них Янто опустил рычаг, и трель телефонов внезапно прервалась. В Хабе повисла благодатная тишина.

Наконец-то Джек улыбнулся.

— Спасибо.

Он прислонился к рабочей станции и протяжно выдохнул, его плечи, слегка расслабляясь, опали.

— Ты работал всю ночь? — спросила Гвен. Янто, стоящий у кофе-машины включил воду на кипячение.

— Говоря словами великого Лайонела Ричи, мне в самом деле пришлось работать ночь напролет, — Джек поднял глаза. — Но оно того стоило.

И Янто, и Гвен уставились на него.

— Сейчас не время для театральных пауз, — наконец сказала Гвен. Ее сердце бешено билось. — Что ты нашел?

— Думаю, я понял, что из себя представляет наш пришелец. Ну, или по крайней мере, откуда он появился.

Гвен посмотрела на Янто и увидела в нем отражение своего собственного возбуждения. Пятеро человек погибли, и они были не в состоянии что-нибудь сделать. И вот у них была зацепка, чтобы хотя бы начать решать проблему.

Джек прислонился к широкому компьютерному экрану позади монитора Рифта.

— Идите взгляните.

Янто и Гвен встали по разные стороны от Джека, и Гвен стало интересно, почувствовал ли Янто тот же короткий электрический всплеск от прикосновения к руке Джека, который пробежал по ней. Возможно. И возможно, намного сильнее. Как бы там ни было, их отношения были более интимными. На секунду ее мозг отвлекся на мысль, посещавшую не первый раз, насколько сильно отличаются прикосновения Джека к ней от прикосновений к Янто. К ее лицу прилила кровь и, нахмурившись, она заставила себя сфокусироваться на экране. Сейчас действительно было не время для подобных фантазий.

— На что мы смотрим? — спросила она.

Под обозначающими координаты линиями громоздились воронки цветных газов и темные пятна различных форм, которые Гвен могла принять только за планеты. Единично тут и там попадались светлые сферы. Солнца.

— Разве не удивительно? — в голос Джека пробрались нотки детского энтузиазма и заинтересованности, которые Гвен так редко слышала в последние месяцы.