— У них нет имен? — Гвен посмотрела на него. — Как тогда они идентифицируют друг друга? По запаху?

Джек нахмурился и поглубже засунул руки в карманы.

— Они не идентифицируют друг друга. В том-то и дело. Место называют Тихой планетой потому что там нет коммуникации. Они живут, полностью замкнувшись сами на себя, от рождения. Никаких разговоров, прикосновений. Ничего. Мысль разделить свое существование с кем-то еще отвратительна для них. — Его хмурость усугубилась. — Это то, что показывают отдаленные исследования. То есть, невозможно просто попасть туда и спросить их самих. И даже если было можно, то у нет языка, чтобы ответить, я верю на слово исследователей.

— Они никогда ни с кем не общаются? — на секунду Гвен постаралась представить, каково это. Максимум, что она смогла представить — сцены из просмотренного фильма о глухонемой, слепой девочке, которая постепенно училась читать по Брайлю и писать. Но даже она могла прикасаться. Она знала других людей. — Одиноко же им должно быть.

— Думаю, нам это кажется так. Но таков их образ жизнь. Так что для них это абсолютно естественно. Наш мир должен быть для них кошмаром.

Кофе-машина забулькала, выливая остатки кипящей воды через фильтр в чайничек. Янто все еще смотрел на экран, словно увиденное каким-то образом отодвинуло все остальное на второй план, так что Гвен, неожиданно начавшая слышать каждый шум, пошла разливать кофе. Послышался мягкий топот ее ног по плиточному полу, звук разливающегося молока, а затем металлический звон ложки о керамику. Это были звуки, которые она почти не замечала — просто часть жизни. Она пыталась представить тишину — отсутствие звука. И не могла. Сдув волосы с лица, она подняла кружки и пошла назад. Янто все еще выглядел озадаченным.

— И что случилось? Если наш мир может оказаться для него таким кошмарнымм, и я могу представить насколько, как тогда один из них выживает здесь?

Джек пожал плечами.

— Что мы знаем о Рифте? Он приносит сюда вещи, которые не принадлежат Земле. И иногда забирает людей туда, куда они не принадлежат. — Он отпил от кофе. — Возможно, Рифт открылся на Тихой планете или где-то поблизости и притащил кого-то через себя.

— Все равно бессмысленно. — Бровь Гвен вытянулась. — Представь, что тебя неожиданно забрали с той планеты и перетащили туда, где все связано со звуком и коммуникацией. Телевидение, радио, постоянный шум трафика, мобильные телефоны… — она вытянула руку, словно дотягиваясь до чего-то. Даже в этом движении заключалась коммуникация. — Это любое создание доведет до безумия.

— Возможно, оно безумно, — вставил Янто. — Может, поэтому оно убивает людей.

Гвен покачала головой.

— Нет, эти убийства продуманны. Если бы существо было безумным, оно бы просто таскалось по улицам Кардиффа, вскрывая каждого встречного. Пришелец выбирает специфических жертв.

— Певцов.

— Хороших певцов, — добавил Джек. Он посмотрел на Гвен. — Думаю, ты права. Я не считаю, что этот пришелец безумный. То, что он творит, возможно, сумасшествие, но не его сущность. Черт, я даже не думаю, что он осознает суть своих действий.

— Что если, не Рифт его выкинул. Что если, он пришел, потому что сам хотел, — глаза Янто вернулись к темному углу экрана, к далекому, далекому — невероятно далекому месту.

— Это вероятность, — сказал Джек. — Но такая, которую мы никогда не сможем подтвердить, даже если сумеем поймать пришельца.

Гвен подняла глаза.

— А план, как это сделать, у нас есть?

— Ах… — выдохнул Джек и посмотрел на застывшую в ожидании команду.