— Неужели ты никак не можешь забыть об этом?

— А как я могу забыть? Как только ты приезжаешь сюда, я об этом вспоминаю. Ты являешься владельцем Эверсли, а я — та, кого ты бросил ради того, чтобы завладеть им, — я положила ладонь на его руку. — Ах, Дикон, я уже простила тебе это… если вообще было что-то, за что тебя стоило прощать. Ты вел себя естественно — таким уж создала тебя природа. Я хочу сказать, что теперь это все для меня уже совершенно неважно. Но я не уеду в Англию, пока жив мой отец. Ты же видишь, что он целиком полагается на меня. Если бы я уехала, забрав с собой детей, — а без них я никуда не уеду, — что сталось бы с ним?

— Я понимаю чувства, которые он испытывает к тебе. Они сами собой разумеются. Ты у него единственная. Бедняжка Софи для него ничего не значит, да и своего сына он не очень жалует. Я вижу это и ничуть не удивляюсь. Арман — дурак. Что там за компанию он собирает?

— У них какое-то общество… или организация. Они пытаются выследить агитаторов.

— Это я понял, но есть ли у них какие-нибудь успехи?

— Не думаю.

— Но чем же они занимаются?

— Они встречаются и разговаривают…

— И разговаривают, разговаривают, разговаривают… — презрительно произнес Дикон. — Такие вещи делаются с соблюдением секретности. Он не имел права разглагольствовать о своих планах за обедом.

— Но там ведь были только члены семьи.

— Не только. Для начала там был наставник.

— Но он ведь тоже один из них. Арман сумел убедить его, и месье Бланшар сотрудничает с ними. Он хочет поддерживать со всеми хорошие отношения. Сначала он ссылался на слишком большую занятость, но в конце концов согласился.

— Весьма обязательный человек. Откуда ой у вас взялся?

— По рекомендациям… Его рекомендации блестящи. Очень кстати к нам заехал герцог Суасон, и зашла речь о том, что нам необходим наставник. Месье Бланшар занимался с детьми кузена герцога… или какого-то другого его родственника. Он продолжает заниматься с ними несколько дней в неделю. Так что нам он уделяет лишь часть своего времени.

— Довольно популярный джентльмен. Ты сказала, герцог Суасон?

— Да. Ты знаешь его?

— Я знаю о нем. О нем много говорят в парижских кругах.

— Я часто задумываюсь, Дикон, откуда ты так много всего знаешь?

— Я рад тому, что ты признаешь за мной это достоинство.

— А зачем ты сюда так часто приезжаешь?

— Ну, ответ ты знаешь сама.

— Нет, не знаю. По крайней мере, не уверена. Дикон, я пришла к выводу, что во многом, что касается тебя, я отнюдь не уверена.

— Возможно, такая загадочность делает меня более привлекательным.

— Нет, не так. Мне бы хотелось получше разобраться в мотивах твоих поступков. Иногда мне кажется, что ты весьма рад… ну, возможно, это не совсем точное слово… весьма доволен тем, что происходит в этой стране.

— Будучи англичанином, чья страна достаточно пострадала в результате действий французов, — ты это имеешь в виду?

— Слушай, ты случайно не работаешь на английское правительство?

Он взял меня за плечи и взглянул мне в лицо. Потом он рассмеялся.

— Не шпион ли я? — прошептал он. — Не нахожусь ли я здесь с какой-то тайной миссией? Почему ты не хочешь поверить в то, что у меня есть одна-единственная цель в жизни — завоевать тебя?

Я засомневалась.

— Я знаю, что ты хотел бы жениться на мне, но я никогда не стану главным в твоей жизни, не так ли? Всегда будет что-нибудь другое… скажем, Эверсли.