|
Потом она пользовалась и другими именами, и, мне кажется, я не говорила, что ее так зовут. – Понятно, – отвечала Афрейт отсутствующим тоном, точно внезапно впала в глубокую задумчивость. – Ты перестала тереть мне спину, – заметила девочка. – Достаточно, – отозвалась женщина. – И так уже вся красная. Скажи мне, девочка, твоя мать, Фриска, в одиночку бежала из Квармалла? – Нет, госпожа, с ней была ее подруга Ививис, которую я привыкла называть тетей, когда мы жили в Товилийсе, – охотно объясняла девочка, вновь повернувшись лицом к двери, очертания которой вновь стали видны в рассеивающемся пару. – Их вывезли из Квармалла два странствующих воина, которые покинули службу у Квармаля и его двух сыновей. Квармалл – это пещерный город, госпожа, глубокий, темный и таинственный, найти оттуда путь наверх нелегко. Беглецов обычно возвращают назад, или они умирают странной смертью. В портовых городах, что окружают Внутреннее море, Квармалл считается такой же легендой, как и Льдистый. – А что стало с теми воинами, любовниками Ививис и твоей матери, которые помогли им спастись? – задала вопрос Афрейт. – Ививис поссорилась со своим и, прибыв в Товилийс, вступила в Гильдию Свободных Женщин. А моя мать была на сносях и потому предпочла остаться с ней. Ее любовник (мой отец) оставил ей денег и пообещал когда нибудь вернуться, но, разумеется, так и не вернулся. Раздалась настоящая дробь частых ударов, дверь открылась и снова закрылась, и на пороге, вглядываясь в облака пара, появилась Гейл. – Дядя Фафхрд уже вернулся с неба? – последовал вопрос. – Почему вы меня не разбудили? Это ведь его вещи висят на крючке снаружи! – Пока нет, но кое какие известия о нем мы получили, – отвечала ее тетка. – Когда вы двое уснули, Мэй принесла мне пояс Фафхрда – он висел на кусте, точно прямо с неба свалился. Так она и сказала, хотя вашего рассказа не слышала. Я отправила ее вместе с другими на поиски, и сама тоже вышла, и вскоре мы нашли его сапоги (один валялся на крыше), кинжал и топор – последний расколол надвое флюгер на крыше городского совета и застрял там. – Он их сбросил, чтобы облегчить корабль, когда поднимался над туманом, – сделала свое умозаключение Гейл. – Твоя версия ничем не хуже других, – заметила Афрейт, передавая девочке ковш. – Поддай парку, – велела она. – Одного ковша хватит. Девочка сделала, что ей было ведено. Вновь раздалось шипение, хотя и не столь яростное, как раньше, и теплый пар окутал купальщиц. – Я думаю, он вернется с вечерним туманом, – высказала еще одно предположение девочка. – Дядя Мышелов беспокоит меня куда больше. – Раскопки продолжаются, и еще кое что нашли – заостренный серебряный тик (мелкую ланкмарскую монетку), Серый Мышелов обычно носит несколько таких в кармане. Сиф рассказала мне об этом, когда утром приходила сюда помыться и переодеться. Вы еще спали. Там была какая то сложность с вентиляцией, но она с этим справилась. – Они найдут его, – заверила ее Гейл. – Я разделяю ваши надежды относительно обоих капитанов, – присоединилась к ней Пальчики, возвращаясь к формальному тону. – С Фафхрдом все будет в порядке, – уверенно заявила Гейл. – Я думаю, туман нужен ему, как вода поплавку, – он поддерживает его в воздухе. По крайней мере первое время, пока он не начнет грести сам. А туман опять поднимется на заре. Тогда он и спустится. – Гейл считает, что ее дядюшке все по плечу, – объяснила Афрейт, энергично растирая ей спину. – Он ее кумир. – Ну конечно, – воинственно возвысила голос девочка. – А поскольку он мой дядя, то, когда я вырасту, между нами не будет ничего такого, что все испортит. |
