— Не совсем гладко, — ответил Сейбл. — Что там насчет наших инопланетных путешественников?

Он хотел побеседовать с пятью амаймонскими коммерсантами, которые недавно побывали на других планетах. Дело в том, что если убийца не знал традиций Вальпургии, то Сейбл, никогда не покидавший планету, и его подчиненные представления не имели о законах и традициях других миров. Он не знал, насколько их собственная жизнь отличается от жизни других цивилизаций.

Сейбл питал смутную надежду, что каким-то образом сумеет почерпнуть информацию о том, как отличить просто эксцентричное поведение от поведения чужака.

— Они составляют докладные, — сардонически отозвался Дэвис. — На что еще годятся эксперты?

— Когда они будут готовы?

— Понятия не имею. У меня создалось впечатление, что кое-кто из чиновников предпочел бы, чтобы мы не очень спешили.

— У меня тоже создалось такое впечатление, — сказал Сейбл. Он задумчиво оглядел сидящих перед ним детективов. — Хорошо, — начал он наконец. — Я не предсказатель, но у меня такое чувство, что к тому моменту, когда наше правительство решит пошевелиться, мы уже тихо скончаемся от старости. Позвольте мне предложить вам несколько направлений, которых вам следует придерживаться в поисках.

Секунду Сейбл молчал, размышляя:

— Во-первых, забудьте о языке. Государственный язык Вальпургии совпадает с республиканским, к тому же у нас хватает своих диалектов. И если он говорит с акцентом, то ему лишь стоит сказать, будто он приехал из какой-нибудь далекой провинции. И он наверняка так и скажет.

Сейбл обвел собравшихся красноречивым взглядом:

— Во-вторых, забудьте про описание его внешности. Он искусный гример, и готов поспорить, что, как только вам покажется, будто вы установили его личность, он снова поменяет внешность.

— Так что же нам искать? На что обращать внимание? — спросила одна из женщин.

— На мелочи, — ответил Сейбл. — На детали, в которых он еще не успел разобраться. Не ждите крупных промахов. Этого он не допустит.

— Приведите пример, — не отставала она.

— Ладно. Если он дотошен к мелочам в своей работе, то горничная обязательно обнаружит сгоревшие свечи и жертвоприношения. Но свечи могут быть расставлены необычно или жертвоприношение может быть совершено необычным образом, нетрадиционно. Мне кажется, надо искать человека, который действует в духе традиций, но не следует букве этих традиций. Так, например, мы знаем, что человек, который делает знак пяти, никогда не сделает знак рогов дьявола или знак Сатаны. Но он, вероятно, этого еще не знает и не будет знать, пока не допустит ошибку, которую кто-нибудь заметит. Следует ожидать, что у него возникнут определенные затруднения с нашими символами: он может, конечно, вычислить, что человек с символом Сатурна на левой стороне груди принадлежит Ордену Голема, но он вряд ли сумеет узнать, что тот же самый знак на правой стороне носят чародеи Церкви Преисподней. Увидев его на улице с этим талисманом, вы можете не догадаться, что это ошибка, но рано или поздно он зайдет не в ту церковь или сделает неверный жест, и кто-нибудь обязательно заметит это.

— Легче найти иголку в стоге сена, — заметил кто-то.

— Весь трюк в том, как подойти к проблеме, — отозвался Сейбл. — Вот возьмите ангельскую гадюку: смотри на нее хоть целый час, а в серебристых папоротниках ее не увидишь. Но стоит только моргнуть или взгляд отвести, и вот она — лежит себе, как какое-нибудь огромное толстое бревно. Так что заостряйте внимание на подобных бытовых мелочах. С каждой потерянной минутой он накапливает знания о нашем мире, и чем больше он узнает о нас, тем меньше у нас шансов его заметить.