Около часа он просидел в подъезде и выбрался на улицу, когда солнце уже поднялось над горизонтом. Только теперь ему удалось как следует разглядеть город.

Он производил далеко не такое впечатление, какого ожидал Джерико. Конечно, на улицах валялось множество трупов, почти на каждом фонаре висели полуистлевшие тела, однако же видимых разрушений не было. Низенькие коттеджи стояли нетронутыми, не заметил Джерико и воронок от бомб или следов пожарищ, да и электричество в городе, похоже, работало исправно. Вдобавок, несмотря на обилие трупов, по улицам не бродили с отрешенным видом калеки и изможденные страданиями люди, как в Ясоде. Похоже, здесь Конрад Бланд действовал иначе. У Джерико даже промелькнула мысль: скорее всего здесь людей просто приговаривали к смерти, расстреливали или вешали, а все остальные, кого эти казни не касались, ходили счастливыми и довольными.

Большинство мужчин были одеты в красные или черные балахоны, расписанные символами их сект, и почти все носили с собой ножи и пистолеты. Взглянув на женщин, Джерико невольно вспомнил первые часы пребывания в Амаймоне, когда он столкнулся с процессией ведьм, хоронивших кошку. Здесь почти все представительницы прекрасного пола носили такой своеобразный наряд. Груди, спины и ягодицы выставляли напоказ почти все, независимо от возраста. Джерико ухмыльнулся про себя, подумав, что девяноста процентам из них следовало бы прикрыться поплотнее хотя бы из эстетических побуждений. Неужели они и зимой расхаживают в таких же нарядах?

На улице появились несколько солдат, бодро вышагивавших по своим делам. Джерико обратил внимание, что никто из гражданских от них не шарахался. Правда, их и не встречали, как героев, но обстановка, похоже, складывалась вполне терпимая.

Джерико не знал, чем занимаются солдаты на улицах города. Поэтому, не желая рисковать, он юркнул в маленький проулочек и спрятался в тени, дожидаясь первого прохожего. Им оказался невысокий крепкий мужчина средних лет. Джерико убил его испытанным ударом по шее и через пару минут появился на улице в красном плаще поверх военной формы.

Бина была маленьким городишком, занимавшим не более трех-четырех квадратных километров, и Джерико надеялся отыскать Селию до полудня. Но его расчеты не оправдались, он натолкнулся на нее только вечером, да и то едва не прошел мимо. Ему повезло, что прорицательница стояла у окна в белом корсете.

Здание было совершенно новым, выстроенным из красного кирпича, и окна располагались невысоко. Джерико торопливо взбежал по лестнице и постучал в дверь, на которой золотом было выведено: «Мадам Селия, медиум и френолог».

— Добрый день, — сказала она, открывая дверь и проводя его в очень уютную, прекрасно обставленную приемную. — Присаживайтесь.

— Спасибо.

— Чем могу служить? — спросила она, усаживаясь напротив и не обращая внимания на то, какое впечатление могли произвести на посетителя ее обнаженные груди и полные бедра.

— Я хотел бы вступить кое с кем в контакт.

— Как звали усопшую?

— Люси Белоглазая.

— Вы Джерико?

Он кивнул.

— Она еще жива? — спросил он, испытующе глядя на женщину.

— Едва-едва, — печально пояснила Селия. — Даже когда она бодрствует, она почти не приходит в себя.