Найя мягко фыркнула. Конечно, Хоакин бы предпочел видеть это в таком свете. Все, чтобы сохранить лицо и раненую гордость.

— Хоакин нашли нас в… эээ… неловком положении.

— Догги-Стайл? — спросила Лус, поднимая брови. Найя должна была быть в ужасе, но вопросы Лус только направляли ее мысли на эротический путь. Теплая магия дрожала на ее коже, и Найя потерла руки, будто так могла изгнать ее. Глаза Лус все больше расширялись. — Святое дерьмо. Неудивительно, что ты спишь с ним.

— Боги, Лус. Ты обязательно должна все это опошлить?

— Правда? — спросила девушка таким же тоном. — Не ври мне. Я хорошо его разглядела. Вампир позвонил прямо в твой колокольчик?

Найя закинула ноги на кофейный столик.

— Это не твое дело.

— Черт. Секс-магия. — Одобрительный тон Лус заставил Найю улыбнуться. — Что?

— Я не использовала ее ни для чего. — Честно, Найя сочла магию слишком сильной. — Она слишком сильная. Я не могу даже ясно мыслить. — Даже сейчас, она практически дрожала от остаточной энергии. — Не знаю, что с этим делать.

— Спорим, я могу дать тебе предложение или два о том, как его использовать. — Самоконтроль был еще одним барьером, который Лус еще предстояло преодолеть. Их учили использовать свои силы. Использовать экономно и только в служении племени. Лус не купилась на это дерьмо. Она думала, что правила были установлены Полом, чтобы держать их под рукой. Лус, вероятно, была права.

— Что-то грядет, и это не хорошо. — Если Найя собиралась отпустить Лус, то она собиралась помочь ей найти решение для проблемы ее… и Ронана. — Я боролась прошлой ночью с мапингуари. Он был огромен, Лус. И мощнее, чем все, с чем мне когда-либо приходилось разбираться ранее. Если бы не Ронан, он бы меня убил. Что-то нашло путь к El Sendero — плохие новости.

Лус нахмурилась.

— Дай мне посмотреть твой кинжал.

Найя подошла к сейфу, где хранилось оружие, и достала клинок. Он светился жаром звезды, пульсируя ярким бледно-лимонным светом.

— Магию нужно освободить. — Она еще должна была направить магию в золотую коробку, которую нужно было передать Полу и другим старейшинам.

— Э, думаешь? — Луз широко распахнула глаза, когда взяла кинжал из протянутой руки Найи. — Ипать-копать, Найя. Это практически ядерная энергия. Рука онемела по плечо.

— Что ты думаешь с этим делать? — спросила Найя. Это был опасный предмет нарушения. Одного такого было достаточно, чтобы расценить как измену, если бы ее услышали чужие уши. — Я имею в виду, никто из нас не был свидетелем церемонии изгнания. — Об этом она сейчас сожалела. — Как они это делают? Старейшины все мужчины. Они не могут управлять магией.

— О, они нормально все изгоняют, — сказала Лус с печальным смешком. — Прямо в кусочки золота, которые используют для оплаты смерти твоего парня.

По словам старейшин, золотые монеты были пропитаны магией брух. Белой магией. Добродушной.

— Если это так, золото не принесет никому ничего, кроме мира тьмы и горя, — заметила Найя.

— Ты мне говоришь? — Луз осмотрела кинжал, сжав рукоять в ладони. Она была могущественной ведьмой сама по себе. С надлежащей дисциплиной, она будет сильнее, Найи через два или три десятилетия. — Это не похоже на все, с чем мы сталкивались раньше. Магия старая. Ты заметила?

Нет. Она не заметила. Любопытство Найи было задето.

— Когда я нашла Ронан, он истекал магией. Он сбил меня на землю и назвал по имени.