Возвращение обернулось чудовищным кошмаром. Джемма всю дорогу не находила себе места и не переставая твердила, что ей надо «вмазаться». В какой-то момент она даже набросилась на отца с кулаками, требуя, чтобы он остановился и выпустил ее. Ему пришлось ударить ее и привязать к сиденью, иначе невозможно было вести машину. Когда они были уже на итальянской территории, Джемма исчезла. Она сказала, что ей нужно в туалет, и он поверил. Нашел он ее в казарме карабинеров в Аосте, куда отправился, чтобы заявить о ее пропаже. Оказалось, что она наткнулась на патруль и рассказала, что на нее будто бы напал водитель грузовика.

– Может, это правда, а может, и нет. Точно известно одно: она по уши накачалась героином, – сказали ему карабинеры.

Когда Пьетро пришел за ней, она лежала на лавке и спала. Он уложил ее в машину на заднем сиденье, и она проспала почти до самого дома. Сил у нее совсем не осталось, и Пьетро был вынужден внести ее в дом на руках. Потом, когда Мария уложила ее в постель, ему пришлось рассказать обо всем, что произошло.

– Я иду спать, – заключил Пьетро, – а ты не спускай с нее глаз, а то она опять сбежит.

Его слова оказались пророческими.

5

Это была страшная зима. В дом Донелли постоянно приходили люди: родственники, друзья, любопытные, врач, священник, карабинеры. В центре внимания всегда была Джемма. Каждый давал советы, рассказывал похожую историю, приносил «на счастье» образок святого. А тем временем из дома стали исчезать последние ценные вещи, которые еще не были проданы или заложены: простыни с ручной вышивкой из приданого Марии, охотничье ружье Пьетро, наручные часы Андреа. Джемма каким-то чудом ухитрялась уклоняться от пристального наблюдения и исчезать из дома. Она пропадала целыми днями, а возвращалась все более истощенной и разбитой. Дома она отсыпалась, а проснувшись, бросалась на мать с ножом и требовала денег. В газетах появилось сообщение о смерти Алессандро Нутти. Он был найден мертвым в туалете одного миланского бара, где спрятался, чтобы вколоть себе последнюю дозу героина.

Врач, которого не раз вызывали к Джемме, лишь тяжело вздыхал и говорил, что лекарств от этого порока не существует. В тот самый день, когда вернулась Джемма, Андреа тяжело заболел. С высокой температурой его положили в больницу с подозрением на менингит. Диагноз не подтвердился, но когда его выписали, он отказался возвращаться домой и пошел жить к бабушке. Его преследовал страх смерти, поселившейся в доме. И в самом деле, однажды утром Пьетро нашел Фуля и Долли околевшими в конуре. Через несколько дней передохли все куры у Марии. Бабушка Стелла неустанно молилась и просила у бога смерти для себя.

Андреа, наоборот, всей душой надеялся, что смерть заберет Джемму, превратившуюся чуть ли не в овощ, но тем не менее державшую в страхе всю семью.

Во время очередного визита местный доктор безутешно покачал головой.

– Ее найдут мертвой в каком-нибудь сортире, как сына Нутти, – сказал он и, обращаясь к Пьетро, добавил: – Смирись с этим.

Но Пьетро не мог смириться. Часами Джемма лежала в постели совершенно одурманенная, а Пьетро садился рядом с ней, ставил на проигрыватель пластинку и потихоньку подпевал тенору, сопрано, баритону и гладил Джемму по волосам. Мария кормила ее через соску, как новорожденную, иначе Джемма совсем перестала бы есть.

Бабушка Стелла умерла. Андреа нашел ее на кушетке в маленькой столовой, куда утром принес ей кофе перед тем, как идти в школу. Казалось, она спит.

После похорон Пьетро заставил сына вернуться домой.