Сама крыша укрыта старой черепицей. Та местами потрескалась, обветрилась, но сохранила свой замысловатый рисунок. В двух местах покатую поверхность крыши нарушают дымоходы, отбрасывающие в лунном свете длинные тени. На колокольнях, что выдаются вперёд со стороны фасада здания, даже сейчас несут дежурство снайперы.

Воздух прохладный и свежий, дует лёгкий ветерок. Тишина стоит почти идеальная. Отсюда открывается панорамный вид на окружающий городской пейзаж. Это идеальное место, чтобы остаться наедине с собственными мыслями.

Мария сидит на краю крыши, свесив ноги в пустоту. Лицо обращено к океану, на губах тень улыбки. На шум моих шагов она едва поворачивает голову и кивает мне. Присаживаюсь рядом и любуюсь видом. С востока находится широкий пролив, отделяющий Сан Агустин от острова Анастасии, названного так в честно одноимённой святой. Самая его северо-восточная часть похожа на клешню краба и представляет собой огромный парк. Океан начинается лишь позади этого парка.

Тёмные воды практически сливаются с ночным небом. Их невозможно отделить и понять, где заканчивается одно и начинается другое. Улучшенное зрение раскрашивает картинку оттенками серого и синего.

— Спасибо, что пришёл, — говорит Санта Муэрте.

— Что случилось?

— Что ты думаешь насчёт Ехидны? — вопросом на вопрос отвечает девушка.

— В каком плане?

— Я ей не доверяю. У меня была подруга, Роза, учившаяся в университете Джорджии. Она смогла отбиться от первой волны монстров во время прихода Сопряжения и вместе с небольшой группой других выживших основала там форпост. Он неплохо развивался, привлекая новых людей. Роза купила Трансивер и поддерживала со мной связь. Мы планировали перебросить всю её группу к себе, но три дня назад она перестала отвечать на сообщения. Я собиралась отправиться туда, но потом произошло всё это, — она обводит руками город.

— Ты думаешь, Ехидна как-то замешана в том, что случилось с твоей подругой?

— Да.

— Почему?

— Потому что она говорит, что не знает ни о какой группе выживших в университете. А ты сам слышал её, лаборатория Ехидны находится рядом с кампусом.

Жаль меня не было рядом во время этого разговора. Уверен, что смог бы определить, лжёт ли Амелиа.

— Ты серьёзно?

— Серьёзней не бывает, — на лбу девушки пролегает напряжённая складка.

— Как ты связалась с ней?

— Это она написала мне, представилась лидером форпоста под Атлантой. Щедро делилась информацией. Когда на нас напали, я отправила сигнал СОС всем, с кем поддерживала контакт.

— В том числе и мне.

— Верно. Твоё предупреждение действительно спасло множество жизней. Мы получаем информацию через армейские контакты Бена. По этой линии и пришло твоё сообщение о возможной атаке со стороны моря.

— Не могу не спросить, что здесь забыл человек его калибра?

— Ты не в курсе? Вон там, — рука испанки указывает на оголовье острова Анастасии, — располагается военно-морская база. Британцы ремонтируют там свои суда, там же находится военно-морское училище. Бенджи не любит распространяться обо всём, что касается его службы, но, как я поняла, его с несколькими товарищами прислали сюда на манёвры[1]. А потом это всё завертелось, базу разрушили, выжил только он и ещё парочка ребят. Они примкнули к нашей общине вскоре после начала Сопряжения.

— Понятно.

Я киваю и задумчиво тру подбородок, после паузы говорю:

— Насчёт Ехидны не знаю. Допускаю, что она что-то прячет. Во всяком случае, спиной я бы к ней не поворачивался. Сдаётся мне, она из той категории учёных, что потерял человечность в погоне за научными открытиями.

Мария медленно кивает и произносит:

— Тогда давай договоримся, mijo, что завтра мы будем прикрывать друг друга.