Немецкий писатель и политик Маттиас Эрцбергер, руководитель пропаганды Германской империи за рубежом, представил рейхсканцлеру Германии Теобальду фон Бетман-Гольвегу памятную записку, в которой содержались предложения оттеснить Россию от Балтийского и Черного морей и создать на ее западных территориях автономные государства под «военным покровительством» Германии.

9 сентября в Германии утверждена Сентябрьская программа, разработанная рейхсканцлером. Она предусматривала создание «Срединной Европы», германской колониальной империи в Центральной Африке, оттеснение России на восток с отделением от нее Финляндии, Польши, Украины и Кавказа.

А на Западном фронте вовсю шли бои.

В мае ко мне пожаловали два господина по протекции моего верного секретаря подпрапорщика Терентьева Христофора Ивановича.

– Господин подполковник, – заговорщически доложил он, – есть у меня два знакомца, которые поднимут дух нашей армии в предстоящей войне. И кроме вас их и послушать некому.

У меня в этот день было лирическое настроение, поэтому я вальяжно махнул рукой и сказал:

– Давай их сюда.

В кабинет вошли два молодых человека, я бы сказал очень молодых человека лет так двадцати, за права которых мы боролись и настаивали на уничтожении черты их оседлости. Да и по паспорту они именовались как музыкант Самуил Яковлевич Покрасс и поэт Павел Григорьевич Горинштейн.

– Ваше благородие, – чуть ли не хором сказали они, – мы песню сочинили на победу русской армии. Послушайте, может, и пригодится нашей армии.

– Ребята, – сказал я, – для такого прослушивания нужен концертный зал, оркестр, авторитетные ценители, критики там, музыканты.

– Да вы не беспокойтесь, ваше благородие, – заговорили ребята, – у нас все с собой.

Музыкант Покрасс достал из-под полы светлого плаща скрипочку, а поэт Горинштейн с листочком бумаги встал перед ним как пюпитр.

С первых же звуков скрипки я понял, что столкнулся с настоящим шедевром, который уже слышал неоднократно, еще в коммунистические времена, но сейчас эта песня звучала совершенно не по-коммунистически. Голоса у ребят были не сильные, но звонкие, и в ноты они попадали как настоящие музыканты. Скажу прямо, за что бы ни взялись эти ребята и их соотечественники, все у них получается так, как надо.

Я созвонился с приемной премьер-министра, он оказался не так сильно занят и пригласил моих музыкантов к себе в кабинет. Там как раз находились представители Главного штаба. И вот перед ними выступили два наших музыканта, вернее, музыкант и поэт.

Я видел скептические выражения генералов, но по мере прослушивания эти ухмылки исчезали с их лиц. Песня была встречена аплодисментами.

– Очень хорошо, – сказал Столыпин, – скоро нам потребуется эта песня.

К лету 1915 года боевая мощь Российской армии находилась на пределе. Премьер-министр совместно с военным министром пересмотрели состав командующих армиями. Основное требование – отсутствие антипатий между командующими соседних армий. При малейших признаках антагонизма командующие снимались с должности и отправлялись в резерв.

31 мая Россия объявила войну Германии и Австро-Венгрии. Первого июня началось массированное русское наступление на всем протяжении германского и австрийского фронтов. Немцы и австрийцы побежали густой волной, деморализуя выдвигаемые к границе части и увлекая в бегство огромные массы населения.

Две сотни танков, объединенных в танковые батальоны, наводили ужас на тевтонских союзников.

Представьте себе уменьшенную копию танка Т-34. До большого среднего танка Т-34 Россия пока не дотянулась, но вот легкие танки получились на славу. Хорошая проходимость, приличная скорость, мощное трехдюймовое орудие в большой башне делали танк похожим на головастика, изрыгающего огонь из своей большой клепаной башки.