Шарп кивнул.

— Да, сэр! Но вы уезжайте! Сейчас же! — Ближайшие французские стрелки бежали вперед, но вместо того, чтобы попытаться взять в плен штабных офицеров, все еще стоящих рядом с голландскими позициями, занялись оставленной пушкой, своим трофеем.

Позади колонны прозвучала труба, а голландский помощник Принца предупредил о появлении вражеской кавалерии. Принц повернул лошадь и поскакал на север к Жемонкуру и Катр-Бра. За ним последовал Ребек, а Шарп с Харпером поскакали на запад. Центр голландской позиции был смят, оставив на пути французов огромную брешь, хотя с правого фланга все еще доносилась мушкетная пальба, говорившая о том, что люди Принца Веймарского сражаются.

Батальоны Принца Бернарда, державшие перекресток прошлой ночью, теперь снова защищали его. Они отступали под напором французов, но не бежали. Они медленно и организованно отходили назад, шаг за шагом, через каждые несколько шагов останавливаясь, чтобы дать по французам прицельный залп. А французы, как заметил Шарп, превосходили числом бригаду Принца Веймарского, и когда развернулись из колонны в линию, то эта линия была больше, чем немецкая бригада, однако немцы сражались отлично. И вместо того, чтобы отступать к перекрестку, они смещались под прикрытие леса, как крепость лежавшего слева от французов и Катра-Бра. Если Принц укроется в лесу и центр позиций удастся как-нибудь спасти, то появится шанс.

Шанс был слабенький, лишь ниточка, потянув за которую можно было вытащить победу, но Шарп не видел командиров, кроме прыщавого принца, которые бы смогли бы сделать это, смогли бы перестроить сломавшийся строй в центре позиции и остановить сметающее все на своем пути продвижение французов к перекрестку. А если перекресток будет взят, то британским войскам не удастся соединиться с прусскими, армии будут безвозвратно разделены и Император выиграет кампанию.

— Мы возвращаемся! — крикнул Шарп Харперу.

Они повернули лошадей от позиций Принца Веймарского, которые уже дошли до опушки леса. Шарп и Харпер поскакали на север, держась в нескольких сотнях ярдов от наступающих французов. Лес, в котором теперь скрылись обороняющиеся, остался слева от них. По центру была ферма Жемонкур, которая, благодаря своим каменным стенам, могла бы сдержать французов, но в ней никого не оказалось, ибо бельгийская артиллерия и пехота побежала дальше, оставляя крепкие стены врагу. Прямо впереди Шарпа был перекресток, где все сбежавшие столпились в замешательстве, а справа, как еще одна крепость, находился маленький лес и горстка домов.

— Смотрите! Смотрите туда! — на стременах привстал Харпер, указывая на лесок справа. — Боже, благослови этих дармоедов! Отлично, парни! — Прямо в том лесочке, показались стрелки. Зеленые куртки. Лучшие из лучших, что было у британской армии. Начало прибывать британское подкрепление.

Но позади Шарпа и Харпера шли почуявшие победу французы, и между ними и перекрестком не было более никого.

Глава 8

Принц Оранский жизнерадостно, будто бы половина его войск и не сбежала с поля боя, приветствовал герцога Веллингтона.

— Мы удерживаем рощицы, — провозгласил он таким тоном, будто его победа уже была делом решенным.

Герцог, вернувшись из Линьи, где прусские войска ждали атаки французов, холодным взглядом смотрел на беглецов, стремившихся на север к Брюсселю, затем повернул лицо к возбужденному Принцу.

— Рощи? — вежливым, но ледяным тоном потребовал более подробного доклада Веллингтон.

— Они вон там, — Принц махнул рукой куда-то в сторону правого фланга, — это ведь там, да, Ребек?

Ребек сослался на Шарпа, который недавно был на правом фланге.

— Бригада Принца Бернарда отступила в лес, сэр. Они удерживают опушку.