Изменить размер шрифта - +
Позади них стоял 30-й батальон, сформированный из жителей графства Кембриджшир и тоже, как и стоящий по соседству 33-й батальон, принимал участие в том голландском походе. Дальше всего к югу стоял батальон личных волонтеров Принца Уэльского, единственный в бригаде батальон, в котором служили ветераны испанской кампании.

— Итак, кто приказал им встать в каре? — потребовал ответа Принц.

Этого никто не знал, но Гарри Вебстер, посланный выяснить это, вернулся через десять минут и доложил, что это приказ сэра Томаса Пиктона.

— Но бригада не входит в дивизию Пиктона! — раздражение Принца переросло в гнев и его бледно-желтое лицо налилось кровью.

— Верно, сэр, не входит, — вежливо сказал Ребек, — однако…

— Никаких однако, Ребек! Никаких чертовых однако! Они в моем корпусе. В моем! Я не отдаю приказы дивизии Пиктона и вмешиваться в дела моего корпуса не позволю! Шарп! Предайте сэру Колину Холкотту мои приветствия и пусть они выстраиваются в линию! Их задача открыть огонь, а не прятаться, будто школьникам от несуществующей, подчеркиваю, несуществующей кавалерии! — Принц взял лист бумаги из седельной сумки и нацарапал карандашом слова приказа.

— Но кавалерия…, — начал было Шарп.

— Какая кавалерия? — Принц оглянулся на поле боя, — нет никакой кавалерии.

— Она там, в мертвой зоне.

— Вы опасаетесь невидимой кавалерии слева? Но бригада справа! Вот, возьмите это, — он протянул лист с приказами Шарпу.

— Нет, сэр, — сказал Шарп.

Принц в изумлении выпучил глаза на Шарпа. Ребек прошипел стрелку предостережение, а остальные штабные офицеры затаили дыхание. Принц облизал губы.

— Что вы сказали, Шарп? — в голосе явно слышалась угроза.

— Я не буду передавать такой приказ, сэр. Это означает смерть для всех парней из этой бригады.

На секунду Принц даже потерял дар речи.

— Вы отказываетесь подчиниться приказу?

— Я отказываюсь передавать этот приказ, сэр.

— Ребек! Полковник Шарп освобождается от своих обязанностей. Передайте этот приказ немедленно.

— Вы не можете…, — начал Шарп, но Ребек взял его лошадь за уздечку и отвел от Принца. — Ребек, Бога ради! — горячо сказал Шарп.

— Это его право, — заявил Ребек. — Послушайте, завтра он уже забудет все это. Извинитесь перед ним вечером и все будет нормально. Он мягкий человек.

— Мне плевать на него, я беспокоюсь за тех людей!

— Ребек! — Принц раздраженно повернулся к ним. — Когда приказ будет уже отправлен?

— Немедленно, сэр! — Ребек пожал плечами и повернулся в поисках другого офицера, чтобы отвезти в бригаду приказ Принца.

Приказ был отправлен. Сэр Колин Холкотт поскакал к Принцу явно с намерением опротестовать его, но Принц был непреклонен. Он настаивал, что нет опасности французской кавалерийской атаки и таким образом бригада, развернувшись в каре, теряла три четверти огневой мощи, которая могла понадобиться для подавления возможной французской пехотной атаки.

— Нечего осторожничать! — читал лекцию Принц опытнейшему сэру Колину. — Осторожностью битву не выиграешь! Только смелостью. Выстраивайтесь в линию! Я приказываю!

Сэр Колин уехал, а Шарп сделал еще одну попытку переубедить Принца.

— Сэр.

Принц не обращал на него внимания. Он взглянул на Винклера, одного из своих помощников-голландцев, и специально сказал по-английски.

— Не думаю, что герцог называет своих рядовых отбросами, Винклер.

Быстрый переход