При этом Долли прекрасно знала, что Карлос не первый встречный. Из краткой беседы с Боксером она поняла, что этот молодой итальянец был любовником Арни Фишера.

– О, поверьте, мы не разговорами занимаемся, – сострила Линда.

Ледяной взор Долли подсказал Линде, что ее попытка свести все в шутку провалилась.

– Послушайте, Долли, то был секс на одну ночь, не о чем даже говорить. С тех пор я его не видела, как вы и просили, жила сама по себе, ясно? У меня никого нет.

Долли пристально смотрела на Линду, пытаясь отличить ложь от правды, но молодая женщина твердо выдержала взгляд. В какой-то момент Долли захотелось рассказать нахалке, что ей известно о встрече Линды с Карлосом в тот день, когда Тони приходил в игровой зал с расспросами. Но тогда тренировка была бы испорчена. Нет, нужно думать о том, что важнее. И Долли направилась к Белле. Линда пошла за ней следом, не в силах закрыть рот хотя бы на минуту.

– Почему вы уходите от ответа на мой вопрос? – ныла она. – Как вы собираетесь противостоять Фишерам? Должно быть, бедолага Боксер побежал прямо к ним, как вы и предсказывали, да только посмотрите, что с ним стало!

– Он был глуп, Линда. А глупцы не знают, что им на пользу, а что во вред.

Линда бросила корзинку на плед и опять догнала Долли.

Понимая, что девушек необходимо приободрить, Долли заговорила громче, чтобы слышно было всем:

– Я не хотела, чтобы у Боксера были неприятности, и мы не знаем наверняка, Фишеры расправились с ним или кто-то другой. Это могло произойти случайно. В тот вечер я звонила Боксеру, и он был в стельку пьян. Я отдаю себе отчет в том, что у нас проблемы, тем не менее сегодня перед нами стоит конкретная задача, и мы должны ее выполнить. И вообще, оберегать Боксера не входило в мои обязанности. Моя главная цель – проследить за тем, чтобы с вами не случилось ничего дурного.

Линда так сжала челюсти, что на щеках у нее выступили желваки.

– Ну, с этим вы тоже не очень-то справляетесь. – И она направила многозначительный взгляд на Ширли.

Девушка старалась держать голову опущенной, чтобы не видна была рассеченная губа, однако Долли все разглядела. При виде того, как изменилось выражение ее лица, Линда торжествующе хмыкнула. После долгой паузы, которая показалась девушкам длиной в вечность, Долли подошла к Ширли и приподняла ее голову за подбородок.

– Что случилось с твоей губой, милочка? – мягко спросила она.

Ширли было трудно говорить об этом.

– Ничего. – И она снова уперлась взглядом в землю.

Долли повторила вопрос. Ширли, со слезами на глазах, наконец собралась с духом:

– Тони Фишер поймал меня на улице и отвез в дом моей мамы. Он сказал, что ему нужны тетради вашего Гарри. Мне было очень страшно, и я сказала, что ничего не знаю. Он грозился прижечь мою грудь сигаретой и говорил, что я наверняка должна знать хоть что-то. А я все повторяла, что ничего не знаю. Тогда он разозлился и ударил меня по лицу. О боже, он всю меня облапал, под одеждой и… – Поделившись своим горем, Ширли бросилась в объятия Долли и разрыдалась.

Никто не говорил ни слова. Как обычно, первой нарушила молчание Долли:

– А он… Милая, что еще он сделал?

Ширли подавила всхлип:

– Пришел Грег с двумя приятелями. Если бы не они, Тони изнасиловал бы меня, можете не сомневаться. Он сам так сказал. Но о нас, Долли, я ему не проговорилась. Я не рассказала ему ни о записях Гарри, ни о том, что мы собираемся сделать. Клянусь!

Долли достала носовой платок и стерла со щек Ширли мокрые дорожки.