– Он не похож на человека, который нам нужен, – сказал Джо, указывая на Джимми.

– Похож, Джо. Обещаю, он то, что надо, – сказал Терри.

– Когда человек нервничает, палец на пусковом крючке начинает дрожать. Пиф-паф! – и вот мы уже мыкаем пожизненное за убийство.

– Для того мы и собрались здесь сегодня, – перебил их Гарри. – Он стоит там и считает секунды до моей команды. Доведет ли он себя до истерики, пока ждет, или останется холодным как лед? Вскоре мы это узнаем. – Гарри поднял руку, и Джимми, принимая сигнал, взмахнул секундомером.

Когда рука Роулинса опустилась, Нанн нажал на кнопку, и мужчины превратились в молнии. Джо выскочил из автомобиля и встал, направив обрез на воображаемую машину инкассаторов. Терри прилепил взрывчатку на дверцы, а Гарри взобрался на капот и прицелился туда, где сидел бы водитель инкассаторской машины и пассажир.

– Выходите! – крикнул он так громко, что эхо разлетелось по всему карьеру.

Предполагалось, что двое охранников выйдут и лягут лицом на землю перед Джо.

БУМ! В борту псевдоинкассаторского фургона образовалась дыра размером с взрослого человека, в которую и полез сначала Гарри, а за ним Терри. Роулинс быстро нагрузил рюкзак Миллера точно взвешенными мешками, а затем скомандовал:

– Пошли!

Терри и Джо поменялись местами: пока наполнялся рюкзак Джо, Терри держал под прицелом несуществующие автомобили и воображаемых охранников. И наконец Джо набил рюкзак Гарри, и все трое побежали к машине, заранее припаркованной в пятидесяти ярдах от места преступления.

Вся операция прошла слаженно и быстро. Джимми, провожая взглядом бегущих мужчин, горел нетерпением. Поскорее бы узнать подробности предстоящего дела.

– Заткнитесь уже! – сказала она подругам.

Долли, не съевшая ни крошки, встала на ноги. Одну корягу-обрез она вручила Ширли, вторую оставила себе.

– Давайте сейчас только пробежим дистанцию. Посмотрим, сколько на это уйдет времени.

Белла подскочила и убежала на дальний конец замерять время. Когда Линда попыталась подняться, то оказалось, что она едва может ступить на ту ногу, на которую ранее упала бензопила.

– Кажется, я не смогу бежать, Долли, – захныкала она.

– Если в назначенный день с тобой что-то случится, ты скажешь то же самое? – спросила Долли. – Или в любом случае побежишь?

Линда умолкла, и все трое встали с рюкзаками за спиной, готовые стартовать по сигналу.

Белла смотрела на них с расстояния в пятьдесят ярдов и думала, что более разномастную троицу трудно будет найти: Долли в ярко-розовом спортивном костюме, Ширли в элегантном комбинезоне, словно сошедшая с подиума, и похожая на бомжа Линда. Белла только покачала головой.

– Приготовиться! – крикнула она.

Долли махнула рукой в знак того, что они готовы.

– Раз, два, три… марш! – скомандовала Белла.

Сколько раз они ни стартовали, последней всегда прибегала Долли. Ей не хватало сил и выносливости молодых; она начинала пыхтеть и задыхаться уже после двадцати ярдов. Добравшись до финиша, Долли останавливалась, хваталась за бок, восстанавливала дыхание и спрашивала, за какое время они преодолели дистанцию. Было очевидно, что в нужное время ей не уложиться. Но Долли не сдавалась: вновь и вновь она разворачивалась и шагала к старому «моррису». После четырех забегов Линда почувствовала, что больше не может молчать.

– Это глупо, Долли.