– Это глупо, Долли. Я могу пробежать быстро, Ширли может пробежать быстро. Так зачем нам втроем бегать туда-сюда, если только вы не справляетесь? Может, отдохнете и потом попробуете пробежать еще раз одна?

Долли пошла вдоль кромки воды – руки на бедрах, голова опущена. Она выжимала из себя последние силы, однако признавать поражение не собиралась. Дойдя до «морриса», Долли подняла руку, показывая Белле, что готова к новому старту.

Та скрестила пальцы.

– Давайте, Долли. У вас получится, – прошептала Белла.

И Долли побежала опять.

Казалось, что на этот раз ей удастся совершить невозможное и пройти дистанцию в заданное время, но было больно смотреть на то, как вздулись у нее на шее вены, как отчаянно машет она руками. За несколько ярдов до финиша ее организм не выдержал. Сначала стали подкашиваться ноги. Долли упрямо заставляла себя двигаться вперед и в последнем рывке потянулась к линии финиша, но с размаху упала и осталась лежать на песке, шумно и хрипло дыша. С трудом встав на четвереньки, она просипела:

– Белла, сними с меня рюкзак!

Белла быстро выполнила просьбу. Линда самодовольно ухмылялась. Бросив на нее осуждающий взгляд, Ширли опустилась рядом с Долли на колени.

– Бесполезно, – прошептала она. – Вы не сможете пробежать дистанцию за нужное время.

Мало-помалу дыхание Долли пришло в норму. Она сделала последний глубокий вдох и встала на ноги, подобрала с песка свой рюкзак и отдала его Белле, а та вернула Долли секундомер. Затем Белла скинула байкерский наряд, под которым обнаружились обтягивающие шорты для бега. Забросив один рюкзак за спину и подхватив рюкзак Ширли левой рукой, она зашагала по берегу.

– Просто стойте и смотрите, – восхищенно посоветовала Линда. – В школе она была чемпионкой по бегу.

Ширли чуть не влепила подруге пощечину: иногда Линда была по-настоящему жестокой. Долли молча смотрела, как легко двигается Белла, несмотря на двойной груз.

Около «морриса» Белла вынула из рюкзаков наволочки с песком: надо будет заново нагружать их при очередном прогоне ограбления. Потом она взяла бензопилу и проверила мотор, заведя его несколько раз. Убедившись в том, что Линда ничего не повредила, Белла – с рюкзаком на спине и с пилой в руках – села в ржавый «моррис».

В ту секунду, когда Белла выпрыгнула из машины, Долли нажала на кнопку секундомера.

Все молча наблюдали за тем, как Белла одним рывком шнура заводит пилу и прорезает в автомобильной дверце отверстие – такого размера, чтобы в него можно было просунуть винтовку. Потом она добежала до пледа и принялась накладывать наволочки с мешками сначала в рюкзак Линды, потом в рюкзак Ширли. Белла двигалась быстро и точно, как автомат. Когда она припустила вдоль пляжа, Линда не смогла больше сдерживать свой восторг и запрыгала на месте, размахивая руками.

– Вперед! Вперед, девочка моя! – завопила она.

Взгляд Долли метался между бегуньей и стрелкой секундомера. Белла покрывала расстояние до них длинными легкими шагами, словно рюкзак за спиной был пуст.

Никто не спросил у Долли, сколько времени понадобилось Белле на весь прогон. И так было ясно, что она справилась быстрее всех. Пока Ширли и Линда обнимали Беллу, Долли в одиночестве пошла к «моррису».

– Теперь давайте пройдемся еще раз по всей операции от начала и до конца, – бросила Долли на ходу и свистнула, подзывая Вулфа, который трепал дохлую чайку.

Последний прогон ограбления прошел без единой помарки и с хорошим запасом времени. Решение Долли поменять роли так, чтобы она вела первый автомобиль и перегородила им дорогу инкассаторам, Белла работала бензопилой, а Линда сидела за рулем третьей машины, оказалось абсолютно правильным.