Платиновая: – А, вы про ту... Он к ней клинья подбивает с самого взлета...

Седая /неохотно/: – Красивая пара – он черный, она рыжая...

Платиновая: – Он ее тоже бросит, не волнуйтесь.

Седая: – Так она в очередях за телятиной не стоит, не стирает у корыта. А тут не отдохнешь, пока не сдохнешь!

* * *

Рыжая: – ...и так без конца. Это же каторга! Мой предел – пятьдесят пять кило и ни грамма больше, иначе сразу с работы вылетишь. Лучше уж постареть и стать уродиной. Вы знаете, я вечно голодная.

Брюнет /с чувством /: – Прямо из аэропорта поедем в ресторан и поужинаем...

Рыжая /возмутившись/: – Это чтоб я растолстела?!

Брюнет: – А танцы? От танцев худеют. Вы ведь любите танцевать?

Рыжая /смягчаясь/: – Обожаю!

Брюнет: – Это самый прекрасный полет в моей жизни...

* * *

Блондин: – А вы, как вижу, и в самолете работаете?

Лысый: – Да разве можно иначе?

Блондин: – Кому вы это говорите! Я уж сколько лет об одном мечтаю: отдохнуть бы. Так бы и забился в какую-нибудь нору, чтобы сидеть и ничего не делать. Ни-че-го...

Лысый: – Нет, вы только поглядите на того типа! Вон тот, чернявый, перед нами сидит, возле рыженькой. Я все смотрю на него и думаю: неужели ему еще хочется? Он с самого Щецина к ней клеится.

Блондин: – Я ее знаю, это манекенщица. Вы ее ноги видели?

Лысый: – Да что там ноги, я этого типа знаю: это же знаменитый адвокат. Если б вы знали, сколько у него работы! И ему еще хочется девочку снять!

Блондин: – Ну что, кажется, подлетаем?

Мотор начинает работать с перебоями и постреливает.

Блондин /несколько встревоженно /: – Что это мотор так барахлит?

Мотор продолжает хрипеть и сбиваться с такта.

Седая: – Вы только послушайте... Что-то испортилось?

Рыжая: – Господи Иисусе, что происходит?

Платиновая: – Падаем!!!

Блондин: – Боже, мы падаем!!!

Брюнет: – Спокойно, мы снижаемся на посадку...

Блондин: – Да вы что, с такой канонадой?! Это явно авария!

Платиновая: – Спасите!!!

Лысый: – Пустите-ка меня к окошку, я должен видеть, куда мы падаем!

Блондин: – А на черта это вам, какая разница, куда падать?!

Лысый: – То-то и оно, что разница есть: лишь бы не в воду, у меня насморк...

Визг и хрип мотора, испуганные крики, неразборчивые возгласы.

Лысый /нервно/: – А на ипподроме сейчас скачки... Пулавская... Вежбно...

Шумы и грохот, несомненно свидетельствующие о катастрофе.

ЧАСТЬ II

Слышны звуки райской музыки, на фоне которой раздаются робкие шепчущие голоса.

Платиновая /слегка ошеломленно /: – В чем дело? Я умерла?

Блондин /мрачно/: – А вы как думаете? Все погибли на месте, никто не спасся!

Платиновая /в тревоге /: – Но нас куда-то несет! Что это значит?

* * *

Лысый: – Как вы думаете, куда нас несет?

Блондин /неуверенно/: – А черт его знает... Куда-то на небо, если вверх...

Лысый: – Да что вы такое говорите! Я же в партии!

Блондин: – Тс-с-с! Я тоже... Может, они проглядели. Смотрите-ка, а вот пилот летит, он, наверное, тоже партийный?

Лысый: – Подождите-ка... как это так – на небо? За что?

Седая /твердо/: После такой жизни на земле нас заживо на небо вознести надо!

Блондин: – Заживо уже отпадает...

Платиновая: – Тихо!

Лысый /совершенно остолбенев /: – Мать честная, ангел!..

Ангел /ласковым, звучным голосом /: – Приветствую вас на пороге рая.