— Именно!

— Они пришли сюда самостоятельно.

Великий жрец заскрипел зубами, а затем снова посмотрел по сторонам, бросая на собравшихся разящие как молнии взгляды, свойственные загнанному зверю:

— Вы… — прохрипел козёл. — Рабы… ублюдки… жалкие твари! Вы за это заплатите… Как вы смеете идти поперёк Высшего демона… вы… вы… — чем больше Великий Жрец говорил, тем менее разборчивым становился его голос. Наконец голова его опустилась; дыхание стало хриплым и прерывистым. Казалось, его пожирает настолько сильная ненависть, что он был не способен говорить и выражать свои мысли.

И вдруг…

— Осторожней, — резко нахмурившись сказала Мира.

Прочие божества посмотрели на неё с удивлением.

На их стороне было абсолютное численное преимущество, враг был потрёпан и разбит — зачем же им вести себя осторожно? Неужели Владыка Мира Сновидений соврал и на самом деле может и будет использовать свои силы? Нет… Все проследили за направлением взгляда Белой императрицы и увидели, что последняя смотрит вовсе не на него или Жреца Рогатого Бога — Мира смотрела на Ятагана, который спокойно стоял на месте и крепко держал свой железной топор.

— Если бы он думал, что проиграл, то уже валялся бы на коленях и молил о пощаде, — заметила Мира.

Ром задумчиво почесал щёку указательным пальцем и усмехнулся:

— Да, он такой.

— Вы хорошо меня знаете, ваше Величество, — бесцветным голосом проговорил Ятаган, после чего действительно неторопливо опустился на колени, только не перед лицом божественного совета, нет — его поклон был адресован Великому Жрецу…

Последний смотрел на землю.

Затем усмехнулся.

Это не был прежний самодовольный и зловещий смех, нет, теперь в нём сквозило отчаяние, но вместе с ним — безумная, неистовая вера; в одну секунду надменный демон превратился в настоящего жреца, который, казалось, готовится принести самого себя в жертву своему богу.

Он вскинул голову, стал необычайно серьёзным и заблеял своим хриплым голосом:

— Во имя прародителя нашего Аколипта…

После этих слов его пронзила дрожь, и простые человечески глаза его стали разливать мутные слёзы. Они падали на землю и прожигали её насквозь, оставляя глубокие отверстие среди серого песка…

Чёрный император тут же переменился в лице и ринулся прямо на Жреца. Остальные боги последовали его примеру. Они вонзили в него кинжалы, мечи и собственные руки, последовала ещё одна вспышка, и чёрная козлиная голова свалилась на землю, поднимая вокруг себя песчаную дымку… но было поздно. Слёзы продолжали течь, превращаясь в чёрные ручейки, которые изничтожали, нет, стирали всё на своём пути.

Рот головы приоткрылся, и белые зубы жреца стали темнеть и вываливаться один за другим.

Волк сжал кулаки.

Вот уже десятки лет после того, как его душа достигла предельной возможной концентрации он чувствовал, что, если пожелает, сможет ступить ещё дальше; что если он откажется от своего разума и воли, если пожертвует всем ради идеи, которая и раньше служили тем единственным, что сцепляло его демоническую душу воедино, то сможет выйти за пределы Шестого ранга.

Он рассказал про это мастеру Вельзевулу.

Высший демон (Александр) его внимательно выслушал и предупредил, что Волк ни в коем случае не должен пытаться этого сделать — ведь тогда он потеряет самого себя, исчезнет, превратиться в чистую и незамутнённую волю.

И в обмен…

Треск.

Грохот.

Козлиная голова раскололась, как разбитый плод. На землю брызнула чёрная кровь. Стал подниматься чёрный туман. За считанные секунды он заполнил серую пустыню, затем всю планету, а затем, аки туманность, что разрасталась прямо на глазах, стал распространяться за её пределы, пожирая спутники, луну, солнце и другие миры…

В этот самый момент по всей вселенной стали происходить метаморфозы.