Я качаю головой.

— Спасибо, я уже в курсе!

Схватив рюкзак, делаю страшные глаза, глядя на Райли. Та приплясывает на туалетном столике и распевает:

— Вот повеселимся! Вот повеселимся!

Сабина кивает с облегчением: серьезный разговор о сексе явно страшил ее чуть ли не больше, чем меня.

— Пока, до воскресенья! — говорит она.

— Ага, пока! — отвечаю я, сбегая вниз по лестнице.

* * *

— Чем хочешь клянусь — он тоже из ваших, — говорю я, заводя машину на стоянку и заранее почувствовав на себе взгляд Деймена, от которого по всему телу расходится приятное покалывание.

— Я так и знал! — кивает Майлз. — Я знал, что он — гей! Это сразу видно. А откуда ты узнала?

Я запинаюсь — не могу же открыть свой источник информации, признавшись, что моя покойная сестричка теперь — завсегдатай Голливуда.

— Н-не помню уже, — мямлю я, вылезая из машины. — Но я точно знаю, что это правда.

— Что правда? — спрашивает с улыбкой Деймен, целуя меня в щеку.

— Джо… — начинает Майлз, но я перебиваю его. Не хочу, чтобы Деймен знал о моем нездоровом интересе к жизни знаменитостей.

— Да ничего, это мы так. А ты слышал — Майлз будет играть Трейси Тернблад в «Лаке для волос»!

Я без передышки несу всякую чушь, и в конце концов Майлз, махнув рукой, уходит к себе в класс.

Как только он скрывается из виду, Деймен перебивает меня:

— Знаешь, у меня идея. Пойдем, позавтракаем?

Я смотрю на него, как на сумасшедшего, и хочу идти дальше, но мне не удается: Деймен тянет меня за руку.

— Ну, пойдем! — зовет он, глядя мне в глаза, и заразительно хохочет.

— Нельзя, — шепчу я, тревожно оглядываясь. Еще чуть-чуть, и мы опоздаем. — И потом, я уже завтракала!

— Эвер, ну пожалуйста! — Он падает на колени, умоляюще сложив руки. — Пожалуйста, не заставляй меня идти туда! Если в твоем сердце есть хоть капля доброты, не принуждай меня это делать!

Я сжимаю губы, из последних сил сдерживая смех. Видеть своего элегантного, потрясающего бойфренда на коленях… И все-таки я качаю головой.

— Вставай, звонок…

Договорить я не успеваю, потому что действительно раздается звонок.

Деймен, улыбаясь, поднимается с колен, отряхивает джинсы и обнимает меня за талию.

— Знаешь, говорят: чем опаздывать, лучше совсем не приходить!

— Кто это говорит? — сурово спрашиваю я. — Ты, что ли?

Он пожимает плечами.

— Может быть и я. Во всяком случае, Эвер, нам совсем не обязательно здесь сидеть. — Он сжимает мою руку. — И тебе совсем не обязательно надевать вот это. — Он снимает с меня темные очки, стягивает с головы капюшон. — Уже начался уик-энд!

Можно назвать миллион прекрасных и очень веских причин, по которым нам ни в коем случае не следует прогуливать, а с уик-эндом надо подождать до трех часов дня, как и в любую другую пятницу, но Деймен так смотрит на меня что я, недолго думая, бросаюсь в омут головой.

Откуда-то издалека слышу:

— Идем скорей, пока не закрыли ворота… — Я с трудом узнаю собственный голос.

* * *

Мы едем каждый в своей машине. Потому что, хоть этого никто и не произносит вслух, возвращаться в школу мы явно не собираемся. Следую за Дейменом по извилистому шоссе, любуюсь живописными видами, ослепительными пляжами, ярко-синим океаном, и сердце мое переполняется благодарностью.