«Признаться, — говорил потом председатель, — я попросту офонарел тогда… Как все просто! В одном слове Татьяна нашла отгадку, над которой ломал голову всю жизнь, хотя по-разному я подбирался к ней, подбирался… Ведь это же тот же призыв Гёте: быть самим собой! Идея Генриха Ибсена, высказанная им в драме «Пер Гюнт», когда черти хотят переплавить героя на оловянные ложки, если тот не докажет, что был и н д и в и д у а л е н, был самим собой».

Да, за индивидуальность, н е п о х о ж е с т ь, своеобразность, если хотите, тоже приходится платить.

Известный кристальной честностью и в хорошем смысле прямолинейностью литературный критик Анатолий Ланщиков, написавший во время о́но положительную внутреннюю рецензию на рукопись никому не известного тогда Станислава Гагарина, признавался после знакомства с романом «Вторжение», что был потрясен дерзостью сочинителя.

— Многие писали о Сталине, — говорил он, — плохо ли, хорошо ли — неважно. Но ввести Вождя всех времен и народов в собственный дом, общаться с ним на всех уровнях, в том числе и на житейско-бытовом, на это хватило смелости, или, если хотите, д е р з о с т и только у Станислава Гагарина.

Именно Анатолий Ланщиков назвал Одинокого Моряка русским модернистом, вкладывая в слово м о д е р н изначальное понятие, переводимое с французского как н о в е й ш и й, современный.

И если этим определением характеризуется автор романа «Вторжение», то тем более годится оно для того, кто создал необыкновенное сочинение «Вечный Жид».

В работах, подобных той, которую вы читаете сейчас, принято рассказывать содержание написанных героем биографического очерка книг. К тому, что сочинил Станислав Гагарин такой подход не годится.

Почему, спросите вы… Да потому, что в каждом из них непременно присутствует Тайна. А если мы перечислим хотя бы тех, кто участвует в событиях Смутного Времени, изложенных в «Вечном Жиде», мы приоткроем краешек будущей Тайны, лишим читателя радости тех открытий, которые ждут его буквально на каждой странице необыкновенного повествования, не имеющего аналогов ни в русской, ни в мировой литературах.

Скажем лишь, что и во втором романе трилогии «Вожди, пророки и Станислав Гагарин» непременно присутствует товарищ Сталин, появляется там и Агасфер из Созвездия Лебедя, космический персонаж давнишнего фантастического рассказа Станислава Гагарина, опубликованного в молодогвардейском сборнике «Фантастика-84».

Укажем и временные рамки, в которые заключено действие романа. Начинается «Вечный Жид» 21 апреля 1992 года, а заканчивается 23 февраля 1993-го.

Характерно, что писал его Станислав Гагарин именно в эти сроки, привязывая реалии нашего времени к тем необыкновенным фантасмагориям, участником которых был и наш Одинокий Моряк, первый русский модернист уже Двадцать первого, наверное, века, намного опередивший современных ему товарищей по литературному поприщу.

Когда писались эти строки, Станислав Гагарин, едва завершив работу над «Вечным Жидом», вовсю сочинял третью часть эпопеи — роман «Гитлер в нашем доме», которому он утром 5 апреля 1993 года придумал еще два названия — «Страшный Суд» и «Конец Света».

Писатель продолжает трудиться над завершением необыкновенной трилогии, которая безусловно превысит — хотя бы по глобальности рассматриваемой темы — все, что было написано в мировой литературе до Станислава Гагарина.

Говорить о «Страшном Суде», видимо, автор остановится именно на этом названии, пока рано.