– Ну, это неинтересно. Чего же тут страшного? – Фил был заметно разочарован.

 – И не слишком убедительно. – Джек улыбнулся, заметно расслабившись. – Местные любители призраков могли бы придумать что-нибудь получше. Бездомных кошек слишком много.

 – Что за надувательство, – проворчал Фил. – А я всегда так мечтал увидеть привидение.

 – Если хочешь, можешь утешиться поисками могилы Марии, – сказала Эллен. Она знала, что Джек наблюдает за ней, и постаралась, чтобы ее голос звучал как можно небрежнее. – Ее похоронили где-то во дворе: просто вырыли яму и опустили туда труп. Люди сочли, что она не имеет права лежать на кладбище.

 – Эге! – радостно воскликнул Фил и заработал увесистый тумак от Джека.

 – Забудь об этом, осквернитель могил! – В отцовском голосе звучала напускная суровость. – Да и вряд ли через двести лет от несчастной женщины осталось хоть что-нибудь.

 – Тетя Эллен, ты упускаешь свой шанс, – сказал Фил. – Тебе следовало бы писать сценарии для фильмов ужасов.

 – Идем, Фил! – оборвал его Джек. – Я понимаю, ты делаешь все возможное, чтобы пропустить автобус, но...

 – Мы так и не услышали конец, – запротестовал Фил. – Как она умерла, тетя Эллен? Не может быть, чтоб естественной смертью. Я не переживу такого надувательства.

 Громкий гудок снаружи возвестил о прибытии автобуса.

 – Ее убили, конечно же, – сказала Пенни, хватая в охапку учебники. – Пока. До вечера.

 И прежде чем Эллен успела собраться с мыслями, дочь исчезла. Фил ухмыльнулся.

 – Она взяла с собой эту жуткую красную рубашку, – сказал он примирительно. – И наденет ее в автобусе.

 – Что-то я не заметила никакой рубашки.

 – Пенни засунула ее в сумку. Ты же знаешь, каковы подростки в этом возрасте, тетя Эллен: им непременно нужно бунтовать.

 – Просто чудо, что Пенни тебя до сих пор не убила за подобные глупые остроты, – снисходительно произнес Джек. – Иди в машину, Фил. Автобус ты пропустил, но тебе все же не удастся отвертеться от занятий. Я подброшу тебя по пути на работу.

 Подмигнув тетке. Фил вразвалку удалился, засунув руки в карманы.

 Вздохнув, Эллен принялась убирать со стола, но в этот момент дверь, не успев закрыться, вновь распахнулась, и в кухню просунул голову Джек.

 – Так как же она умерла? – спросил он шепотом.

 – Ты не лучше наших детей. Покончила с собой. Повесилась.

 – Бр-р-р. Спасибо. А то я сегодня не смог бы ничем заниматься, только и думал бы об этом.

 Стоя в дверях, Эллен смотрела, как машина выезжает на дорогу. Они жили в одном из старых вашингтонских пригородов, и дом стоял не у самого шоссе, в окружении высоких деревьев, которых так недоставало районам более поздней застройки, выставлявшим напоказ роскошные особняки. Голубой «бьюик» Джека помедлил у въезда на шоссе и влился в поток автомобилей, спешивших в город.

 Самое время было выплакаться всласть, но Эллен обещала себе по возможности не распускаться. Сдержав всхлип, она вернулась на кухню, где ее ждал обычный утренний кавардак – и Иштар, сидевшая на одном из стульев; аккуратно положив передние лапки на стол, она поглощала остатки бекона на тарелке Пенни.

 – Скверная кошка, – сказала Эллен без особого возмущения.

 Подняв коричневую мордочку, Иштар уставилась на нее невинными голубыми глазами.