Эллен вспомнила слова Джойс о поведении Тима. Да, все то же самое, описание совпадает.

 – Все равно, – упрямо сказала она. – Если это болезнь – тем более надо ее лечить.

 – Я начинаю думать, – произнес Норман после паузы, – что встреча с тобой – лучшее событие моей жизни за последние двадцать лет. Спасибо, Эллен. Конечно, ты права. Я поговорю с Тимом. Может, ты тоже побеседуешь с ним?

 – Буду рада.

 – Чудесно. Ты могла бы как-нибудь заглянуть к нам, чтобы выпить коктейль и между делом завести разговор о...

 – О том, что ему нужен психиатр? Я сделаю все, что в моих силах, но об этом нелегко заговорить между делом.

 – У тебя получится. Ты наша сказочная крестная, в которой мы действительно очень нуждаемся... Кстати, ты была сегодня в городе?

 – Нет. Побоялась, что застряну в какой-нибудь луже.

 – Уже все подсохло. Но неважно. Я просто хотел поинтересоваться, знаешь ли ты о своем новом статусе? Миссис Грапоу всем подряд рассказывает, что ты умеешь предсказывать погоду.

 – О Господи! – Эллен сердито объяснила, что на самом деле значило ее высказывание насчет грозы. Норман рассмеялся:

 – Приблизительно так я и думал. Но будь осторожнее в присутствии миссис Грапоу. Ты вряд ли подозреваешь об этом, но она обладает огромным влиянием в городе. У нее в руках закладные на половину ферм в округе.

 – Ты смеешься! Эта мясистая дурища...

 – Глуп тот, кто глупо поступает. Как выражается Эд, она «заездила» трех мужей и после каждого получала довольно значительное наследство.

 – Ну, на этот дом у нее нет закладной... Надеюсь, гроза не причинила городу большого ущерба?

 Какое-то время они еще поболтали о погоде, и Норман повесил трубку. Эллен немного почитала в гостиной и рано легла спать. С некоторых пор она предпочитала оставаться внизу, пока глаза не начинали слипаться, и раздевалась в темноте.

 Почти до конца недели Эллен занималась садом. После дождя сорняки, казалось, росли прямо на глазах. Всего лишь однажды она выбралась за сорок миль, чтобы позавтракать с подругой в небольшом городке, славившемся своей старинной гостиницей. Потом они до вечера бродили по берегу в поисках редкостей, и домой Эллен вернулась только в сумерках: усталая и грязная, но чрезвычайно гордая своим трофеем – причудливой раковиной. Довести этот реликт до совершенства заняло у нее немало времени, и в Чуз-Корнерз она решила съездить лишь в субботу. Ей хотелось повидаться с ребятами: кроме Нормана, это были единственные приятные ей люди в округе.

 Остановившись у магазина, Эллен, как и ожидала, обнаружила их на веранде – в полном составе. Боб Мюллер тоже был среди них. Эллен твердо решила не замечать его: хотя после выстрела он сделался в некотором роде жертвой, это не снимало с него вины и не изменило ее неприязненного отношения.

 Ребята приветствовали Эллен с непринужденностью старых друзей, и она с улыбкой поднялась на веранду, милостиво позволив Джойс купить для нее кока-колу.

 Не успела она присесть на почтительно предложенный стул, как дверь лавки распахнулась и на пороге появилась миссис Грапоу. Сложив мощные руки на внушительных размеров груди, она сдержанно кивнула Эллен и строго произнесла:

 – Не видела вас в церкви в прошлое воскресенье.

 «Ага, – подумала Эллен, – это отчасти объясняет ее враждебность. Она считает меня гнусной язычницей».

 – Я не была уверена, что моему приходу обрадуются.