Виктория Каг. Ведьма для РыжегоТёмный Артефактор – 2
=1=
- Эй, Рыжий, смотри, как я могу! - весело кричу я, поймав удивлённый взгляд Вархана, и, вскочив на перила, делаю шаг со второго этажа. Вниз. К нему. Мгновение полёта и жёсткие руки мужчины прижимают меня к груди, не дав коснуться пола ногами. Его сердце под моими ладонями колотится так неистово, словно, вот-вот проломит рёбра. - Сумасшедшая! - рычит он и встряхивает меня так, что клацают зубы, а я тихо смеюсь, глядя, как гримаса ужаса сползает с его лица, сменяясь бешеной, всепоглощающей злостью. - Ты абсолютно, совершенно ненормальная! В его глазах пожар. Пламя, сметающее всё на своём пути. Они такие же рыжие, как его длинные волосы. И тёплые, как огонь, которым он управляет столь виртуозно, словно, когда-то был рождён в жерле вулкана. Он и сам, как вулкан - мой невозможный и до боли родной мужчина. - Ты с ума меня сведёшь! - шипит Вархан и цепляет пальцами мой подбородок, не давая отвести взгляд. - Знаеш-шь, как это называется?! - Доверие? - тихо выдыхаю прямо ему в губы. - Любовь? И сама тянусь за поцелуем. Сладким, жарким, обнимающим саму душу. - Ведьма! - с полустоном рычит Варх, прижимая меня ещё ближе, до боли в рёбрах и сбитого дыхания. - Любимая. Ненормальная. Моя! И меня кроет. Шквалом эмоций. Жаром прикосновений. Его руки, губы - они везде! Чертят огненные дорожки на моей коже. Клеймят поцелуями и воспламеняют кровь. Мурашками рассыпаются по телу, заставляя вспыхивать под зажмуренными веками звёзды, ярче тех, что сияют в полночь на небосклоне. Я не замечаю, как мы оказываемся в спальне. Как одежда пеплом оседает на дорогой ковёр. Зато чувствую, как ласкают спину прохладные простыни, а по ногам, бёдрам и животу скользят жёсткие, чуть шероховатые пальцы и сухие, обжигающе-горячие губы. - Вархан! - выдыхаю я, понимая, что на большее не способна. - Пожалуйста! - Не так быстро, сладкая, - многообещающе шепчет он, дыханием касаясь шеи и нежного уха. - Ты ещё недостаточно наказана за мои истрёпанные нервы. И снова огонь, пожар, лава. Снова огненные цветы, распускающиеся на коже. Спутанные пряди, в изысканной ласке скользящие по лицу, груди, плечам. Сбитое дыхание - одно на двоих. И сплетение тел в древнем, как мир, танце. Так остро. Так сладко. На грани. Я стону, захлёбываюсь криками и сгораю дотла в ослепительном экстазе, чтобы возродиться вновь и заглянуть в его рыжие глаза, видя в них своё отражение. Всегда.
=2=
После мы лежим на кровати и молчим, наслаждаясь отголосками нашей страсти, пока в голову Вархана не влетает очередная разрушительная мысль. Он рывком опрокидывает меня на подушки и долго что-то высматривает в глубине моих глаз, а затем, уткнувшись носом в мою ключицу, с чувством печатает каждое слово: - Если ты. Ещё хоть раз. Заставишь меня так волноваться… Я не знаю, что с тобой сделаю! - А я знаю, - лизнув его в скулу, нагло шепчу ему прямо в ухо. - Будешь любить, на руках носить и никому не отдавать. - Кстати, об этом… Игривое настроение сдувает, как порывом ветра. Варх садится, опираясь лопатками на деревянную спинку кровати, складывает руки на груди и сверлит меня своим невозможным, пламенным взглядом. - Как долго за тобой будет таскаться этот, - он сглатывает непечатное слово и, скривившись, добавляет: - Лис! - Да забудь ты про него. Он ничего для меня не значит, - беспечно отмахиваюсь я и укладываю голову к Вархану на колени. - Уверена, ему скоро надоест. В конце концов, я доступно ему объяснила, что ведьмы не выходят замуж. - Саманта… - начинает Рыжий, но я подскакиваю, зажимая ему рот ладонью. |
