Я подошел к стене и попытался перейти через нее, как через стену в библиотеке, но руки ощущали под собой только твердую поверхность. Открыв глаза, я по привычке осмотрел стену, уже прикидывая время, затраченное на этот переход. Ну не могло быть так, чтобы это оказался обычный тупик.

Как-то ведь все эти мертвые люди смогли сюда попасть. А судя по останкам одного из них, пролежал он тут гораздо меньше времени, нежели остальные. Внезапно глаз зацепился за символ, который едва был заметен на одном из камней. Знакомый мне знак ока Гора вызвал смешанные чувства. Решив лишний раз не удивляться маниакальному стремлению своих родных использовать свою кровь везде, где только это было возможно, я уже привычно полоснул по ладони кинжалом и приложил окровавленную руку к камню, на котором была выгравирована руна.

Небольшое сияние озарило стену, после чего она с легким щелчком подалась немного вперед и отодвинулась в сторону, открывая мне выход из жуткого туннеля.

Я осторожно прошел через открывшийся проем, что оказался выходом в какую-то темную комнату. Судя по обстановке, она было явно нежилая. Мебель, покрытая пылью. Дряхлый, местами истлевший от старости половик и такого же качества покрывало на большой кровати. Это было странно, учитывая, что вокруг комнаты через стены, пол и потолок я слышал многочисленные голоса десятков людей. За дверью послышались шаги, но кто-то прошел мимо, даже не останавливаясь.

Ладно, нужно осмотреться, прежде, чем идти за Мишей и баронессой. Подождав, пока за дверью наступит относительная тишина, я аккуратно открыл двери, которые, на удивление, не были заперты, и вышел, быстро прикрывая их за собой.

Я оказался в светлом длинном коридоре, по обе стороны которого располагались двери с номерами на них. Посмотрев на ту, из которой вышел, я запомнил, что номер ее четыреста четыре.

Увидев в конце коридора горничную, которая шла в мою сторону, таща перед собой большую тележку, я подошел к ней, улыбаясь и перекрывая ей путь.

— Господин, — обозначила она поклон, нахмурившись. Было видно, что она пыталась меня вспомнить. Возможно, знание всех посетителей этого места входило в ее непосредственные обязанности.

Я вздохнул и решил, что и так провел в туннелях слишком много времени, чтобы пытаться просто вести беседы, пытаясь разговорить хоть кого-нибудь.

Я улыбнулся ей и резко придвинулся, устанавливая зрительный контакт.

— Все хорошо. Успокойся, — тихо проговорил, слыша, как ее сердцебиение, сделавшее скачок, как только я приблизился, постепенно выравнивается, а сама она расслабляется.

— Ваши глаза… — пролепетала она, не пытаясь отвести взгляд. Мне было не до сантиментов, поэтому я без зазрения совести использовал способности вампира, которые после поглощения оборотня почему-то стали отзываться легче.

— Что это за место? — ровно спросил я, слыша шаги и голоса людей, но в прямой видимости никого не наблюдалось.

— В гостевом доме, — ответила она, начиная сопротивляться подчинению. Я сосредоточился, усиливая ментальное воздействие.

— Где мы находимся?

— В Новгороде. Возле северных ворот. Кто вы? — нахмурилась девушка.

— Кто живет в этом номере? — продолжил я напирать, указывая рукой на ближайший ко мне номер, понимая, что моих сил не хватит, чтобы длительно воздействовать на нее.

— Граф Покровский.

— Хорошо. Ты помнишь меня, я охранник графа Покровского. Почему комната четыреста четыре пуста?

— Туда нельзя входить, она проклята. Раньше это был сиротский дом и принадлежал семье Морозовых.