Брызнула тысячью осколков хрустальная стена, укрывавшая остальных магов, – защита Виртуса перестала работать.

    Кто-то закричал, замелькали вспышки. Девушка в ужасе оглянулась, не зная, атаковать или защищаться. Неожиданно ее дернули за руку – это Виртус приказал прятаться в укрытие… Но куда?! Вокруг простиралась лишь голая, каменная пустошь…

    И вновь ее дернули за руку.

    – Сотвори знак «суб», быстро! Я приказываю тебе!

    Оценив серьезность тона полудуха, Таня мгновенно послушалась – пальцы сами сплелись в нужную фигуру.

    Мягкий, призрачный шепот легко проник в уши и заполонил сознание. Где-то гулко били часы, но не привычно, а медленно, растянуто, словно мощные удары церковного набата. Таня пошла вперед, и ее шаги звучали в этой странной тишине, как далекие раскаты грома.

    Повсюду катились клубки. Огромные и неповоротливые, из разноцветных ниток, переваливались медленно, словно катки для укладки асфальта. Между ними прыгали маленькие клубочки, преимущественно серые или черные. Иногда, словно вспышки тусклого света, мелькали золотые и серебряные комочки ниток, но какие-то пыльные, будто старые и потрепавшиеся.

    – Каве… – дохнуло над ухом. – Каве!

    Таня остановилась. Казалось, воздушное пространство вокруг нее, густое и вязкое, остановилось и закачалось вместе с ней.

    – Каве.

    Девушка оглянулась и увидела Карпатский Скипетр. Его тень казалась расплывчатой и нереальной, однако не узнать очертания великого карпатского символа было невозможно.

    – Поговори с Великим Мольфаром, Каве.

    Таня могла заложить свой браслет, что разговаривает со Скипетром.

    – Где мне его найти? – выкрикнула она. Однако голос свой даже не услышала.

    Но шорохи призрачного мира принесли ей тихие слова:

    – Каменный Клык даст тебе ответ…

    – А если не даст? – все так же беззвучно спросила Таня.

    – Даст, – последовал лаконичный ответ.

    Густой и липкий, словно паучья сеть, страх мягкими волнами проникал в душу: Тане все труднее становилось находиться в этом месте. Мрачное впечатление усиливали чистые и робкие хоровые голоса, пение которых разносилось будто во сне – точными, аккуратными толчками, чередой прерывающихся звуков, словно где-то рядом проходило торжественное шествие ангелов. Возможно, на этой горе находились предметы, связанные с церковью, они и распространяли столь мощные звуковые сигналы. Как известно, в субастрале оживают вещи, мысли, воспоминания, впечатления, и даже могут разговаривать призраки погибших на Земле…

    Таня совершила над собой усилие воли и смогла коснуться собственного браслета.

    И прабабкино украшение откликнулось на ее молчаливый призыв.

    – Венец… – прошелестел ветер в ее сознании. – Надень Венец на самый высокий камень горы… И разбудишь его…

    – Великий Мольфар даст тебе ответ, – вдруг прокаркал над самым ухом печальный голос.

    Таня обернулась и увидела черного дракона.