Поскольку поджигать всю крепость не стоило – по крайней мере пока – Джесри потушила шипящую вспышку и свою огненную ауру. Цера взмахнула булавой по дуге и указала на дверной проем. Чистый свет Желтого Солнца вспыхнул на другой стороне зала за воротами. Возможно, это не повредит гоблину или троллю, но должно сбить с толку большинство видов нежити.

Но никто не закричал. Берсерки ринулись вперед.

– Нет! – рявкнул Аот. – Вандар и я пройдем первыми, – он бросил взгляд на вождя клыка – Осторожно.

Берсерк нахмурился, но резко кивнул.

– Как скажешь. – ответил он.

Пробираясь сквозь тлеющие угли и обломки раскаленного железа, двое мужчин пробрались в крепость. Джесри зашагал за ними и вошла с первой волной нетерпеливых братьев Вандара.

Она оказалась в просторном вестибюле с высоким потолком, с арочным проемом, ведущим в другие помещения на том же уровне, и лестницей, вьющейся наверх. Когда враг отступал вглубь крепости, он оставил следы в виде кровавых капель и мазков в пыли. Но, кроме мертвого хобгоблина, который, очевидно, скончался от нескольких ран сразу после того, как оказался внутри, здесь больше никого не было.

Вандар оглядел мрачное пространство.

– Ты был прав, – сказал он Аоту. – Они ушли в склепы, как мертвецы.

– Может быть, не все, – ответил Аот. – На их месте я бы оставил отряд, спрятанный в стенах или на верхних этажах крепости, в одной из башен или где–то еще, дабы атаковать нас со спины, когда мы уйдем вниз. Что ж, стоит осмотреть каждую комнату, и уже потом двигаться под землю.

* * * * *

У «Бури Возмездия» было больше заклинателей, чем нужно, и никто из них не доверял Дай Шану. Из–за их пристального внимания было трудно добиться незаметности, но после некоторого осмотра он нашел в трюме что–то вроде укромного уголка – пространства, отгороженного перегородкой и связкой бочек, и этого было достаточно, чтобы тихо поговорить и не пропустить крадущегося наблюдателя.

К сожалению, там было тесно, грязно и воняло испорченными продуктами. Но Дай Шан не позволил этой неприятности ускорить своё исчезновение. Он сел, скрестив ноги, закрыл глаза, медленно дышал диафрагмой и обдумывал последствия своего досадно короткого разговора с Сокольничим.

После того, как он оценил все детали, ему все еще нужно было подумать о более мелком вопросе: как избавиться от бесполезной половины маленького мертвого демона. У него возникло искушение просто оставить его там, где он лежал, и позволить крысам, которые, как он слышал, шныряли где–то в трюме, сгрызть его. Но вполне возможно, что кто–то наткнется на него до того, как это произойдет, и тогда Марио Без захочет узнать, как на борту его небесного корабля оказались кости танар'ри.

Дай Шан предпочитал, чтобы такая возможность не висела над его головой. Лучше пойти на небольшой риск, а потом насладиться спокойствием, пришедшим вслед за решенной проблемой. Именно такой путь выбрал бы его отец.

Поскольку мрак не мешал его зрению, он бродил по трюму, пока не нашел кусок клеенки. Позволив себе слегка нахмуриться от отвращения – полубес, или то, что от него осталось, было еще более отталкивающим на ощупь – он собрал слизь и кости и направился к палубному люку, находившемуся впереди.

Оказавшись на трапе, он прошептал заклинание, от которого грязь слетела с его лица. Затем последовало заклинание, которое должно было отвлечь внимание любого наблюдателя, после чего он спустился вниз и закрыл за собой люк.