Я расхохоталась, припомнив старенькую легенду про водный подорожник, как его еще называли, ведь орикая всегда росла там, где текли чистые воды криниц. Именно по этой траве выходили к человеческому жилью заплутавшие люди. Но была про орикаю и темная сказочка для маленьких детей, что из любопытства уходили по речному бережку за травой и не возвращались. Чтобы припугнуть непоседливую детвору взрослые рассказывали им легенду про подводное чудище, что так заманивает в свои дебри непослушных детей.

Легенда работала на «ура»!

— Есть еще одна история про эту траву, — по секрету призналась я Орике, вспомнив историю из книжки, вычитанную в Лессе. Конечно, там было немного не про водяной подорожник, но кто в княжествах это оспорит?

— Какая? — тут же спросила девочка, приготовившись слушать.

Я осторожно стерла лекарство куском тряпки и вытащила из сумки бинты.

— Ну… Я не умею интересно пересказывать, — для начала уточнила я и подмигнула Орике. — Говорят, это было так давно, что уже сама земля не помнит предания. Говорят, будто бы было это не в наших краях, а далеко за морями, в далеких владениях поднебесных светил. Тогда даже Солнце и Луна были лишь юными странниками, что светили на небосклоне рядом, как два брата. Рождающиеся Звезды кружили вокруг них, согреваясь пылающим Солнцем и слушая нежную песнь Луны.

Но вот однажды среди Звезд родилась новая Дева, сверкнув, будто небывалой красоты цветок. И Солнце, и Луна полюбили это дивное создание, пожелав навеки разделить с удивительной Звездой небо. Звезда долго не могла решить, кого же из них выбрать, не обидев при этом каждого из братьев.

В конце концов, Дева пожелала быть с Солнцем, чтобы блистать в его свете, но, узнав об этом, Луна разгневался и покинул небосвод, рассорившись с братом. Братья долго спорили меж собой, пока не поделили небо на день, когда правил Солнце, и ночь, когда плел свои козни Луна.

Луна оказался столько коварен, что обманом и посулами убедил все Звезды, что им нельзя быть рядом с Солнцем, иначе однажды они сгорят и исчезнут. Даже Деву — Звезду убедил ночной владыка, и она покинула день, дабы сиять среди сестер ночью.

Тосковал по любимой Солнце, долгие дни застилали небо тучи, реками проливаясь на землю. — Перебинтовав ногу, я натянула теплые носки, примериваясь к ботинкам.

— А дальше что было? — нетерпеливо воскликнула девочка, глядя на меня широко распахнутыми глазенками.

— Вскоре Дева поняла, что Луна ее обманул, и попробовала сбежать из ночи, ставшей для нее вечной, но сестры удержали Звезду. Ночь за ночью пыталась она покинуть тьму, но у нее ничего не выходило. Но вот однажды Деве удалось вырваться и появится днем.

Она так ждала этого часа и не думала о том, что Солнце ее просто — напросто не увидит. За долгие годы среди сестер от горя и тьмы она поблекла, растеряла свой свет. Опечалившись, Дева разрыдалась, орошая землю горючими слезами. Каждый день она приходила, смотрела на Солнце, но не могла привлечь его внимание.

— Неужели он ее не заметил? — расстроилась малышка.

— Слушай дальше, — погрозила я ей пальцем и продолжила рассказывать, натягивая ботинок на здоровую ногу: — Проходили дни, пролетали ночи, и Звезда смирилась, вновь вернувшись под власть Луны. Солнце, хоть и стал черств к миру, все так же страдал об утрате, его небо часто становилось хмурым. В один из таких дней он заметил, что все реки далеко внизу сияют. Не поверив своим глазам, Солнце спустился ниже и смог увидеть, что вода сплошь усеяна серебристо — белыми цветами. Цветы на сотни тысяч голосов шептали о чем‑то, но Солнце не мог понять их языка, лишь одно слово удалось понять дневному владыке.