Тогда, по окончании расправы с Татарами, которых примерили-таки к тележной оси и перерезали, Чингисхан распорядился так: «Вследствие того, что Бельгутай разгласил постановление Великого семейного совета, наши войска понесли очень большие потери. А потому в дальнейшем он лишается права участия в Великом совете. Вплоть до окончания заседаний совета он обязуется наблюдать за порядком близ места заседаний, а именно: улаживать ссоры и драки, разбирать дела о воровстве, обманах и т. п. Бельгутай с Даритаем имеют право доступа в совет лишь по окончании его заседаний, после того как выпита чара-оток…»

Однажды, уже после окончания Татарской кампании, Чингисхан сидел на дворе за выпивкой. Тут же, по обе стороны, сидели ханши Есуй и Есуган. Вдруг Есуй-хатун глубоко со стоном вздохнула. Чингисхан сообразил, в чем дело, и тотчас вызвал Боорчу и Мухали. «Расставьте-ка, — приказал он, — расставь тека по аймакам всех вот этих собравшихся здесь аратов. Людей, посторонних для своего аймака, выделяйте особо». Все стали по своим аймакам, а отдельно от аймаков остался стоять всего один человек. Это был молодой человек с волосами, заплетенными в косу, как у благородных людей. Когда этого человека спросили, кто он такой, он отвечал: «Я нареченный зять дочери Татарского Еке-Церена, по имени Есуй. Враги громили нас, и я в страхе бежал. Сейчас же все как будто бы успокоилось, и я — пришел. Я был уверен, что меня не опознают среди такой массы народа». Когда Чингисхану доложили эти его слова, он сказал: «Что ему еще здесь шпионить, этому непримиримому врагу и бродяге? Ведь подобных ему мы уже примерили к тележной оси. Чего тут судить да рядить? Уберите его с глаз долой!» И ему не замедлили снести голову.

Представьте себе, что Чингисхан не успокоился даже после всеобщей резни. Уж одного татарина мог бы оставить? Но нет, вопрос был принципиальный, всех татар выше тележной оси уничтожить.

Вывод. Термин «монголо-татары» — нонсенс. То же самое, что и политический блок «Ликуд—Хезбалла». Такого этнического конгломерата попросту не могло существовать, во-первых, потому, что монголы татар истребили физически, во-вторых, монголы никак подобное имя не приняли бы.

Мобилизация и война

Давайте попытаемся ответить на один весьма непростой вопрос. Какова могла быть возможная численность монгольского войска?

Доктор исторических наук Б. В. Сапунов делает небольшой обзор мнений историков по этому вопросу. Воспользуемся им.

«Дискуссию по вопросу численности войск Батыя начал „отец русской истории“ Н. М. Карамзин (1766–1826 гг.). В своем труде „История государства Российского“ он писал, что на Русь обрушилась орда, численность которой достигала полмиллиона человек. (Карамзин Н. М. История государства Российского, т. IV. М.: Наука, 1992, с. 14). Дореволюционные русские историки — И. Н. Березин, М. И. Иванов, Б. И. Иловайский, Д. И. Троицкий и ряд других сократили цифру, предложенную Н. М. Карамзиным, до 300 000. Хотя и допускали возможность того, что в Россию вторглось 400–500 тысяч человек. Советские историки — К. В. Базилевич, В. Т. Пашуто, Е. А. Разин, А. А. Строков соглашались со своими предшественниками. В 1967 г. В. В. Каргалов считал, что у Батыя было 120–140 тысяч воинов. И. Б. Греков и Ф. Ф. Шахмагонов пошли еще дальше. Они пытались доказать, что у Батыя было не более 30–40 тысяч воинов. Наконец, Д. В. Чернышев утверждал, что численность татаро-монгол равнялась 55–65 тысячам, а что все другие определения

Это явное преувеличение. Его поддерживал В. Л. Егоров, автор послесловия к IV тому „Истории Государства Российского“ (см.