– Он не был нигде, кроме Драконьего Клюва, – сказала она, входя в комнату. – Он здесь родился. Как и я.

– Кто вы? – спрoила Лорла.

– А тебе не кажется, что это я должна спросить у тебя, кто ты? Но я уже и так это знаю. Ты Лорла.

Она была потрясающе красива. Что еще хуже – это она была изображена на портрете. Лорла смотрела на нее – и почему-то испытывала страх.

– Извините, – пролепетала она. – Мне не следовало сюда приходить.

– Это правда, не следовало. Разве никто не сказал тебе, что эта часть замка находится под запретом?

– Но я просто смотрела, – объяснила Лорла.

Молодая женщина открыла дверцу птичьей клетки и засунула в нее руку, протянув ворону палец. Тот прыгнул на него, и она вынула ворона из клетки, тихо ему насвистывая. Лорла смотрела как зачарованная. Птица оказалась совершенно ручной и подставила женщине головку, чтобы та ее почесала.

– Сладенький мой, – нежно проворковала она. – Лорла тебя испугала?

– Не пугала я его! – возмутилась Лорла. – Я до него даже не дотронулась!

– Лорла! – прокаркал ворон. – Прелесть.

Женщина улыбнулась:

– Кажется, ты понравилась Краку.

Она вытянула руку и прикоснулась к плечу Лорлы. Птица перепрыгнула на него. Лорла возбужденно засмеялась.

– Ох! – воскликнула она, ощутив сквозь платье острые коготки.

Ей не было больно – только непривычно. Ворон начал покусывать волосы Лорлы.

– Крак? – переспросила Лорла. – Его так зовут?

– Да, – ответила женщина. – Мы зовем его так из-за его резкого смеха. Ты его слышала?

Лорла осторожно кивнула, чтобы не потревожить птицу.

– Кажется. Но мне показалось, что его зовут Ангел. Так он мне сказал.

– О нет, – сказала женщина. – Это не его имя. Это то, что он говорит, когда люди смотрят на портрет. – Она указала на великолепную картину над камином. – Это она Ангел.

– Это же вы, – удивилась Лорла. – Правда?

– Нет. Меня зовут Нина. А это моя мать. Ее звали Ангел.

– Она очень красивая, – сказала Лорла. – А вы точно как она.

Нина потянулась было к картине, но отдернула руку.

– Это любимая картина моего отца. У него очень много картин, но портрет матери всего один. – Нина повернулась к Лорле и нахмурилась. – Тебе не следовало быть здесь. Герцог Энли был бы недоволен. Это его личная библиотека.

– Да, извините, – сказала Лорла. Она повернулась плечом к Нине, подставляя ей ворона. – Вы не могли бы?…

Протянув палец, Нина пригласила птицу к себе, и Крак перепрыгнул с плеча Лорлы к своей хозяйке. Нина погладила его по голове, выжидательно глядя на Лорлу: она явно ждала ее объяснений.

– Я знаю, что мне не следовало сюда приходить, – сказала Лорла. – Но я искала герцога Энли. Мне надо с ним поговорить. Вы знаете, где он?

Женщина улыбнулась:

– Ты знаешь, кто я, Лорла?

– Наверное, нет, – ответила Лорла. – А мне следовало бы знать?

– Герцог Энли обо мне не говорил?

Лорла поморщилась. Этот вопрос был ей непонятен. Герцог Энли вообще ни о чем ей не говорил. Будь это не так, возможно, Лорла и не пришла бы сюда в поисках ответов.

– Вы Нина, – просто сказала она. – Это все, что я знаю.