Бина растирала ему тело, пытаясь согреть его с ног до головы. Удерживая своего господина от судорог, она легла на него, заклиная недуг оставить его тело и переселиться в нее. Но все было безрезультатно — тело холодело, глаза закатились…

И вдруг мощное тело Провозвестника снова ожило.

Огонь снова загорелся в его взгляде. Он тихо произнес:

— Исида уничтожила гнездо человека-сокола…

Молодая брюнетка разрыдалась, но не потеря гнезда так ее потрясла. Бина бросилась на шею своему учителю.

— Спасены! Вы спасены! О, теперь все будет хорошо! Вы уничтожите эту нечестивицу! Ни одна женщина не сможет устоять перед вашей властью.

Провозвестник медленно поднялся.

— Ты преподашь урок тебе подобным. Ты внушишь им, что мужчинам необходимо повиноваться. Вы, женщины, — существа низшие. Вы должны слушаться мужчин, и тогда, возможно, вам удастся спасти свою душу. Сама природа препятствует вам. Вы никогда не покидаете своего детства. Позволяя женщинам занимать самые высокие должности, Египет отказывается исполнять волю бога. И будущая религия не допустит таких вольностей!

— А как же Нефтида?

— Ее побьют камнями, но прежде… Прежде она доставит мне немало удовольствия. Такой удел ждет всех нечестивых самок.

— Позвольте, я оботру вас и умащу ваше тело ароматными притираниями.

Благосклонно приняв нежность Бины, Провозвестник вдруг с особой силой ощутил горечь утраты… Хищная птица сил тьмы погибла, исчез целый рой привидений преисподней, вышедших из ада, чтобы преследовать и уничтожать род человеческий! Исида одержала убедительную победу: она прошла сквозь препятствие, которое Провозвестнику представлялось неодолимым.

Но почему она сражается с такой яростью? Ведь Икер мертв, запечатанная ваза уничтожена, фараон лишен своей силы… В этих условиях верховная жрица Абидоса должна была бы потонуть в своем отчаянии!

Конечно, у Провозвестника достаточно подготовленных и умелых воинов, которые в конце концов уничтожат эту безумную, потерявшую рассудок от горя. И ее бессмысленная борьба ни к чему не приведет…

Но сейчас требовалось скорее совершить самое необходимое.

— Раздевайся, — приказал он Бине. — И ложись.

Бина с восторгом повиновалась. Разве отдаться своему господину — не самая лучшая награда за ее преданность?

Но Провозвестник, вместо того чтобы насладиться ее телом, поставил светильник на ее живот и начертил на ее лбу какие-то знаки.

— Закрой глаза, сосредоточься и думай о нашем общем враге — Сесострисе. Я только что начертал его имя. Тем самым на твоем теле будет символ врага, и оно сумеет проклясть это имя и низвергнуть его в пропасть!

Провозвестник повторял и повторял заклинания. Они должны были отпечататься в головах всех его учеников, чтобы в будущем это знание могло сослужить службу и чтобы каждый правоверный мог ежедневно им пользоваться.

Упиваясь словами учителя, Бина постепенно вошла в транс.

Иероглифы, которые составляли имя фараона, все увеличивались… Вот их уже стало почти невозможно прочесть… Потом они расплылись и расплавились, и черная кровь залила лицо медиума…

Провозвестник весь дрожал от радости.

О, Сесострис не выйдет из своего сна! Ложе воскресения примет на себя лишь труп, и отец воссоединится с сыном в глубинах небытия…

Подходя к пещере Пахет — богини-пантеры шестнадцатой провинции Верхнего Египта, — Кровавый зарычал, а Северный Ветер стал нервно бить копытом.

— Успокойтесь, — сказала им Исида, — это место мне известно.

Когда-то во время исполнения одного из ритуалов, юная жрица воплощала собой южный ветер, приносящий большую воду.