– О да, непременно! – воскликнула она. – Именно так! Это очень снисходительно со стороны вашей светлости! Мне сообщила об этом событии дорогая мисс Ривенхолл; она такая чудесная девушка и непременно придет на помощь своей несчастной кузине! Когда вы ожидаете прибытия мисс Стэнтон-Лейси, дорогая леди Омберсли?

– Сэр Гораций не сообщил мне точных сведений на этот счет, – ответила леди Омберсли, – но, насколько я понимаю, он намеревался отплыть в Южную Америку немедленно. Поэтому, без сомнения, моя племянница прибудет в Лондон в самое ближайшее время. И уже завтра я прикажу экономке подготовить для нее комнату.

Так случилось, что Сесилия и Селина вместе с матерью отправились прокатиться по Парку и вернулись домой всего пятью минутами ранее. Они втроем только-только собрались подняться по лестнице, когда вниз по ступенькам кубарем скатился мистер Хьюберт Ривенхолл и выпалил:

– Должно быть, прибыла наша кузина, поскольку на крыше кареты громоздится целая гора багажа! Но какой конь! Ей-богу, я еще не видел такого замечательного скакуна!

Выслушав столь необычную речь, все три леди в немом изумлении уставились на него. Дворецкий же, всего минуту назад удалившийся из холла, вновь величественно вплыл в него в окружении своих помощников и, ступая по мраморным плитам пола, направился к входной двери, с поклоном сообщив своей хозяйке, что, по его мнению, только что изволила прибыть мисс Стэнтон-Лейси. Его подчиненные распахнули дверь, и взорам трех дам предстал не только экипаж, но и любопытные, исполненные благоговейного трепета лица младших членов семейства, которые играли в крикет в сквере на площади, а теперь столпились у перил и, невзирая на увещевания мисс Аддербери, с разинутыми ртами глазели на животное, заставившее Хьюберта в такой спешке спуститься по лестнице.

Прибытие мисс Стэнтон-Лейси и впрямь получилось впечатляющим. Ее экипаж, запряженный четверкой взмыленных лошадей, сопровождали два всадника, а позади скакал грум средних лет, который вел в поводу превосходного вороного коня. Форейторы опустили подножку, дверца экипажа распахнулась, и оттуда выпрыгнула левретка, за которой мгновением позже последовала высокая сухопарая особа, державшая в руках дорожный несессер, три зонтика и птичью клетку. Наконец, на землю сошла и сама мисс Стэнтон-Лейси, поблагодарила ливрейного лакея за предложенную помощь, но вместо этого попросила его подержать «бедного маленького Жако». Этим Жако оказалась обезьянка шимпанзе в ярко-алом кафтане, и едва сей замечательный факт дошел до сознания школьников, как они протиснулись мимо своей ошеломленной и раздосадованной наставницы, распахнули садовую калитку и высыпали на дорогу с криками:

– Обезьянка! Она привезла с собой обезьянку!

Тем временем леди Омберсли, словно пригвожденная к месту на пороге собственного дома, с негодованием осознала, что описание дочери, данное высоким джентльменом крепкого телосложения, оказалось обманчивым и недостоверным. Маленькая Софи сэра Горация вымахала ростом в пять футов девять дюймов без каблуков, да и в остальном природа одарила ее весьма щедро: длинные ноги, высокая грудь, веселое, жизнерадостное лицо и копна каштановых локонов, выбивающихся из-под самой изящной и франтоватой шляпки, которую когда-либо видели ее кузины. На ней была застегнутая под горло мантилья, с плеч ниспадал длиннющий соболий палантин, а руки прятались в соболиной муфте.