– Понимаю. Да, и что?

– А то, что, должно быть, я самый величайший дурак на свете. – Алекс устремил на друга пристальный взгляд: они были знакомы много лет, и он очень ценил мнение Данфорда. – Скажи, что ты думаешь об Эмме, то есть о мисс Данстер? С момента ее прибытия вы провели немало времени вместе. Итак?

– Итак, я думаю, что ты будешь идиотом, если не женишься на ней.

– И она выйдет замуж из-за денег?

– Ради Бога, Эшборн, ей своего состояния хватает. Зачем ей выходить замуж ради денег, скажи на милость?

Алекс почувствовал, как внутри у него словно начинает расправляться холодный узел, который он носил в себе много лет.

– И ты не считаешь ее алчной? – спросил он с отчаянием. – А по-моему, женщинам всегда мало денег.

Данфорд пожал плечами:

– Так ты полагаешь, что она алчная?

Алекс энергично замотал головой.

– Я теперь вообще ничего не понимаю, – признался он, устало опираясь лбом о скрещенные руки.

Подойдя к окну, выходившему на шумную лондонскую улицу, Уильям едва слышно вздохнул, затем устремил взгляд на высокий дуб, росший на другой стороне.

– Я знаю тебя по меньшей мере десять лет и редко отваживался предложить тебе совет, но, похоже, сейчас это просто необходимо сделать. – Он сделал паузу, собираясь с мыслями. – Последние десять лет ты провел, отвергая идею брака, а потом встретил Эмму и переменил свое мнение. Но ты уже так привык не доверять женщинам, что теперь пытаешься найти причину, почему Эмма не может стать для тебя хорошей женой. Все дело именно в этом, а остальное – лишь твои фантазии.

Алекс закрыл глаза и покачал головой, но Данфорд не дал ему заговорить.

– Есть одна вещь, – продолжил он тихо. – Если ты будешь счастлив с Эммой, то это счастье превзойдет все твои ожидания. По-моему, она заслуживает того, чтобы рискнуть.

Алекс поднялся со стула и медленно подошел к другу.

– Поверь, это нелегко слушать, когда твою душу подвергают вивисекции, – сказал он серьезно. – Но я тебе благодарен. Только теперь я вовсе не уверен, что она захочет меня видеть. Я определенно все испортил и боюсь, что это непоправимо.

Уильям склонил голову набок:

– Чепуха. В мире нет ничего непоправимого, и к тому же теперь не ей приходится выбирать.

Алекс недоуменно поднял бровь.

– Они с Белл оказались в очень сложном положении, – пояснил Данфорд. – Именно поэтому я сюда и пришел.

– А что, собственно, случилось? – Алекс почувствовал, как в его душе нарастает паника.

– Понимаешь, утром я заглянул к Блайдонам повидать Белл и случайно услышал, как она дает поручение лакею отвезти письмо виконту Бентону и сделать это как можно скорее.

– Письмо Вудсайду? – Алекс нахмурился. – Чего ради она решила вступить с этим мерзавцем в переписку?

– Понятия не имею. По правде говоря, я не сомневаюсь в том, что Белл его терпеть не может, а он уже больше года зарится на нее. Белл не раз просила меня помочь ей избавиться от него. Надеюсь, теперь ты понимаешь, почему я так часто с ней танцую?

Алекс прикусил кончик большого пальца, пытаясь осмыслить поведение Белл.

– Что-то тут не так, – сказал он задумчиво.

– Еще бы! Пока я ждал появления Белл в гостиной, вниз спустилась Эмма и, не сразу заметив меня, схватила Белл за руку. «Ты послала записку? – зашептала она. – Надеюсь, Маллой скажет ему, что это срочно. Если он не придет на встречу с тобой к леди Моттрам, у нас ничего не выйдет».