– Опыты?

– Ну да. Вирус ведь не изменил меня, и вам это не дает покоя.

Психолог выдержал ее гневный взгляд и мягко предложил отложить вопрос о ребенке и сосредоточиться в работе над доверием… Когда в жизни Ланы появился Эрбэнус, они с психологом все еще работали над ее доверием. Все это Эрбэнус видел в ее воспоминаниях.

– Странная у тебя была жизнь, – честно признался он, не пытаясь решить, осуждает ее или нет.

– Ты знаешь, каким было мое прошлое? – недоверчиво спросила Лана, вглядываясь Эрбэнусу в глаза.

– Нет, я не один из тех, кого ты заразила, и не один из их родственников, – сказал Эрбэнус, читая ее мысли. – Да и на человека я похож лишь внешне.

– Ты, что?

– Я не человек… – Эрбэнус увидел мысли девушки, в которых она начала подозревать его в безумии. – И не безумец, – сказал он. – И не часть твоей терапии. Мне, если честно, вообще нет дела до того, решишь ты завести ребенка или нет. Хотя ты сама уже задумываешься об этом. Просто боишься, что ребенок родится уродцем. Или над ним будут ставить опыты, – последние слова прозвучали уже в голове Ланы, заставив ее растерянно оглядываться.

– Как ты это делаешь? – спросила она.

– Я способен на многое. – Эрбэнус показал ей, как обманул охранника при въезде в резервацию.

Видение понравилось Лане, заставило улыбнуться.

– Могу я теперь показать свой дом? – спросил Эрбэнус.

– Дом?

– Место, где я родился. У тебя самой ведь был дом. У каждого из нас есть дом.

– И что не так с твоим домом?

– Он странный. – Эрбэнус позволил Лане увидеть город, окружавший комплекс «Зеленый мир».

– По-моему, ничего особенного, – сказала Лана, затем увидела, как рождаются клонированные дети. – Так ты дитя какого-то эксперимента? – В голове распустился образ Габриэлы.

– Это наша Мать, – сказал Эрбэнус, показал могилу Эмилиана и назвал его Первенцем. – Мать и Первенец создали Наследие – мой дом.

– А твой отец?

– Люди не всегда готовы узнать о моем отце.

– Ты показал мне, что можешь читать мысли и проектировать образы мне в голову, но не веришь, что я готова узнать о твоем отце?

– Мне нравится твое любопытство, – признался Эрбэнус. – Но пока все, что я показал тебе, можно объяснить современной наукой. Что касается моего отца… то он старше, чем ты можешь себе представить. Намного старше твоей науки. Старше культуры. Его история… Он жил, когда люди еще не появились на этой планете. И твой мозг… мозг человека… Зачастую люди боятся того, что не могут понять и объяснить… – Эрбэнус не хотел, но тени – его слуги – ожили, сгустились в углах гостиной, напугав Лану. – Извини, – сказал Эрбэнус.

– Это… – девушка растерянно вглядывалась в темноту под столом. – Это то, о чем ты хотел мне сказать?

– Это лишь часть изнанки ночи, – Эрбэнус позволил теням выбраться из укрытия. – Это не наука и не технологии, – сказал он, предугадывая мысли Ланы. – Это природа. Это нечто простое для Вселенной и в то же время невообразимо сложное для современного мира. – Эрбэнус замолчал, видя, как Лана подходит к теням, протягивает руку. – Не знаю, смогу ли я их контролировать, чтобы они не причинили тебе вред, – предупредил он, но тени уже почувствовали теплую человеческую плоть.