— Мужик, ты понимаешь, — грустно вздохнула я, опустив глаза. — Банк процент по ипотеке поднял…

Меня пугали органом, зато я, в силу природы этим органом обделенная, со своей стороны запугивала органами. Либо множественное число смутило бедолагу, либо он решил по-джентльменски уступить мне добычу, я так и не поняла, но уже дотащила коробочку до подъезда и остановилась в раздумьях, присматривая клумбу для раскопок.

— О! — раздался скрипучий, преисполненный негодования голос с лавочки, когда я задумчиво прикидывала, сколько земли понадобится, чтобы наполнить временное лежбище упыря. — Холодильник новый купила! Жирует!

Кому не спится в ночь глухую? Это что за клуб престарелых «Что? Где? Когда? Кого и с кем?» расположился на скамейке ни свет ни заря?

— Еще бы! — причмокнула старуха из соседнего подъезда, опираясь на палочку и поправляя платок. — Бухгалтером работает! Ворует! Мешками! Вон какой купила! Двухкамерный! Дорогой!

— Дорогой! — согласилась Матвевна, которой тоже не спалось. — Да знаю ее — проститутка местная! Мужиков к себе постоянно водит! Что ни день, то новый мужик!

Я посмотрела на них взглядом скромницы, чувствуя смертельную обиду. Не каждый день, а раз в три дня, между прочим!

— Спит с кем ни попадя, а замуж не берут! Стыдоба! Тьфу! — вздохнула представительница разведки соседнего подъезда, ничуть не смущаясь того, что объект смотрит на них пристальным взглядом. — Я же ее еще вот такусенькой помню! Помнится, бегает голенькая и орет: «Баба Шура!»

А ничего, что я снимаю эту квартиру год, не поправилась ни на кило и в последний раз голенькой бегала по своей квартире в поисках халата?

— И с начальником спит! Сама видела! — поддакнула Матвевна, прищуриваясь на меня сквозь призму старых очков. Моль сыто отрыгнула, готовясь передать эстафету червякам, но бабки все не унимались.

Я затащила коробку на этаж, открыла дверь и втянула ее в коридор. Где-то во мне радостно потирала ручки жадненькая еврейская девочка, радуясь экономии семейного бюджета.

— Милости прошу к нашему шалашу! — крикнула я, беря в руку вместительный пакет из супермаркета. — Парадный вход сбоку!

— Это еще что? — передо мной появился герой не моего романа, с подозрением глядя на рисунок двухкамерного холодильника. А как же рай и в шалаше? А? Почему это мне с милым и шалаш должен показаться раем, а его не устраивает почти новая коробка из-под очень дорогого холодильника?

— Портативный гроб! Легок в эксплуатации! Заполз в какой-нибудь подвал, развернул коробочку, — я показала, как она складывается, чувствуя себя ведущей «Магазина на диване». — Постелил земельки, передневал! Не надо мучиться, раскапывать себе гроб, выбрасывать оттуда покойника, таскать за собой гроб и крышку! Все просто, удобно и экономично! Потом вытряхнул земельку, сложил, и все! Красота!

— Ты кому зубы заговариваешь! — прошипел упырь, негодуя от перспектив. — Где красное дерево, лакированная крышка, вызолоченные ручки, пуховая перина и подушка?

— Земля тебе будет пухом! — огрызнулась я, беря совок. — Я за землей. У тебя все равно времени мало, так что давай осваивай!

Я посмотрела, что вроде бы с ростом производители холодильника угадали! Как знали, что мне придется временно хоронить в ней двухметрового упыря! Прямо как чувствовали!

Я прикинула, где земля помягче, и принялась за раскопки. Помягче она была на клумбе под балконами соседнего дома, среди зарослей сорняков.