Дело было вот ещё в чём: Берри от природы была очень чутким и сопереживающим человеком. Так что достаточно быстро, словно притянутая гравитацией, она стала на эмоциональном уровне идентифицировать себя с рабами и их затруднительной ситуацией. Не той, что имелась прямо сейчас - Танди Палэйн либо спасёт их жизни, либо нет - но с тем весьма неопределённым будущим, что ожидало их всех.

"Свобода". Замечательное слово, особенно как отвлечённое понятие. Освящённое и почитаемое, можно сказать, когда произносящему его человеку не светит в ближайшее время вырваться из неволи. Практически как мантра, или имя святого, упоминаемое в молитве. Но как только это становится надвигающейся реальностью…

Свобода делать что?

Голодать? Что будет делать раб, когда получит свободу - приученный не делать ничего кроме как по приказу хозяина?

Если заглянуть в историю, ответ обычно не мог порадовать. "Свобода" становилась свободой сражаться за объедки… или самому продаться в другую форму подневольного существования тому, кто будет бросать тебе объедки со своего стола.

Так что в дальнейшем Берри практически не обращала внимания на свою подругу, забравшуюся в кресло, стоящее чуть в стороне, на некотором отдалении от центрального стола, вокруг которого кипели споры и обсуждения. Она слишком была погружена в эти дискуссии, все свои волю и внимание подчинив задаче удержания их в настолько уравновешенном и спокойном русле, насколько это было возможно.

Про Руфь же подобного сказать было нельзя. На самом деле она была заворожена, наблюдая за Берри. Она уже понимала ценность дружбы Берри, но сейчас до принцессы дошло, что ей - как и всем прочим - никогда по-настоящему не приходило в голову оценить Берри с какой-то другой позиции кроме как друга.

Теперь же, изучая свою подругу в действии, так сказать "саму по себе", Руфь Винтон подошла к этому делу с полной концентрацией внимания и мысли, на которые была способна. А способна она была воистину на многое. Когда Руфь сказала Танди, что всегда изучает то, что любит, и то, что ненавидит, это не было пустой похвальбой.

Здесь у неё была возможность делать одновременно и то, и то. Руфи не потребовалось много времени на то, чтобы прийти к умозаключению, которое она решительно была намерена обсудить с Вебом Дю Гавелом при первой же представившейся возможности.

Ждать такой возможности ей долго не пришлось. Это Руфь не удивило, уж настолько-то Танди она узнала. Удивила её реакция Дю Гавела. Фактически ошеломила. Она-то ожидала либо длинной лекции о девичьей глупости, либо просто пренебрежительного осмеяния.

Но Дю Гавел только расплылся в улыбке.

- Добро пожаловать в клуб, Руфь Винтон. Теперь таких сумасшедших во вселенной двое.

"Это сумасшествие, - думала Танди. - Чистейшее безумие".

Она постаралась изобразить для амазонок самый свой сердитый взгляд.

- Вы все спятили, что ли? - прошипела она, тыкая пальцем в сторону изгиба коридора. При этом пытаясь одновременно говорить как можно тише, но в то же время достаточно настойчиво - непростая задача, мягко говоря.

- Если верны схемы, что Руфь вытащила из компьютера судна, то мы меньше чем в пятнадцати метрах от мостика.

Шепча это, Танди снимала с себя всё снаряжение кроме собственно бронированного скафандра. Теперь, когда она получила возможность конкретно оценить тактическую ситуацию, она решила положиться на скорость. На штурм она пойдёт вооружённая только импульсным пистолетом. Танди была экспертом по стрельбе практически из всех видов ручного оружия, но именно с ним достигла особого мастерства.