Криста с минуту помолчала, потом улыбнулась.

— У нас в Уэстфолде водятся зайцы. Довольно крупные животные с очень сильными задними ногами, способные на невероятно длинные прыжки. Они переносят самые суровые зимы, укрываясь в глубоких норах под землей. И умеют провести самого коварного хищника. — Криста глянула Хоуку прямо в глаза. — Даже сокола.

Лорд расхохотался — на удивление самому себе и Кристе и к великому испугу паренька, который как раз вошел в зал с целой стопкой мисок, но поспешил ретироваться, изо всех сил стараясь не уронить свой груз.

— Ну, я точно вам скажу, что на кролика вы ничуть не похожи, — заявил Хоук.

Высказавшись, таким образом, он тут же сообразил, что комплимент получился сомнительным; впрочем, у него в этом отношении не было никакого опыта. Мало того, ему немедленно ударила в голову мысль о ногах, но отнюдь не заячьих, — о ногах длинных, с гладкой, шелковистой кожей.

— Мне надо искупаться, — сказал он и встал. Это не было отступлением в точном смысле слова. Ему нужно было хоть немного времени, чтобы привыкнуть к открытию, что его нареченная наделена чувством юмора. Превыше всего Хоук ставил честь и ценил ум. Он не был безразличен к женской красоте — как и любой настоящий мужчина. Но в глубине души считал чувство юмора одним из величайших даров Бога.

Криста подавила невольное желание Спросить, не хочет; ли он, чтобы ему потерли спину, но при одной мысли о таком вопросе не смогла удержаться от улыбки, хоть и сжимала губы изо всех сил.

— Эдвард не показал мне сауну.

— Я должен буду сам сделать это… когда-нибудь. Увижу вас за ужином.

Он немного задержался — ждал, пока Криста не кивнула на прощание…

Позже, когда он лежал в воде и, откинув голову на край бадьи, смотрел в потолок, в голове родился вопрос: как мог мужчина узнать женщину? И что дало бы такое знание? Мужчины говорят, что женщину узнаешь, овладев ею, но это пустая похвальба, не более. Он вставал с достаточного количества постелей более убежденным, что женщина — поистине неразрешимая загадка и глупо полагать, будто физическая близость ведет к разгадке. Нельзя, разумеется, сказать, что это не приносит никаких результатов. Какие-то, безусловно, приносит. Но Криста говорила о том, что они должны узнать друг друга лучше до того, как поженятся. Как же этого добиться?

Хоук очень мало времени проводил с женщинами. Единственной женщиной, о которой он искренне заботился, была Кимбра, но он сознательно отсылал сестру в ее собственное жилище, чтобы обезопасить от странного дара, быть одновременно великой целительницей и существом, страдающим при виде чужой боли. Даже когда она научилась управлять этим даром, он держал ее в уединении, отлично понимая, как мужчины станут добиваться се, только лишь взглянув на ее красоту. Вулф решил эту проблему, и Хоук был ему очень благодарен, но теперь он сам не мог сообразить, как ему узнать Кристу.

Мужчины узнавали друг друга во время воинских упражнений или на поле битвы. Отношения, сложившиеся в воинских, лагерях, сохранялись на всю оставшуюся жизнь независимо от того, продолжалась ли она несколько часов или много десятилетий. Но не мог же он пригласить Кристу принять участие в играх с мечом. Своевольный разум Хоука, всегда не в меру докучливый, прелагал ему другие игры, в которых они оба нашли бы удовольствие, однако он отверг такой путь самым решительным образом. Уложить Кристу в постель значило бы сделать ее своей женой и в собственных глазах, и в глазах окружающих. Благословение церкви стало бы простой формальностью.

Не то чтобы он не желал Кристу. Прохладная вода не остудила это желание, и ничто не могло его скрыть. Одной мысли о ней было достаточно, чтобы естество напоминало о себе, и Хоук созерцал это явление с жалостливым унынием.