Она швырнула Марасу обратно на пол и ушла.

Запахнув посильнее плащ, она вышла на улицу. Больше десятка шагов отделяло ее от узкого проулка. Дома здесь стояли тесно, были почти одинаковыми с желтыми каменными стенами. Солнце пригревало, близился час, когда улицы до тесноты заполняться народом, предвкушающим продолжение праздника.

Инстинкт заставил ее свернуть на узкую улочку. Низкие крыши шли в один ряд с небольшим расстоянием друг от друга. Она подпрыгнула и как цепкий зверь забралась на кровлю. Трюк проделанный утром хорошо отпечатался в памяти. Эл освоила навык Верданы. Потом она прокралась по крыше дома Марасы к тем комнатам, что только что оставила, и замерла.

Скоро, как она предположила, через двор к задним воротцам торопливо проследовала служанка Марасы. Она осторожно выглянула из ворот, осмотрелась и очень быстро вышла на узкую улицу. По таким улочкам ходили на рынок за товарами, они были для хозяйственных нужд. Большие, широкие улицы служили в Тупе для прогулок и шествий, торговца там не встретишь, это каралось, как преступление.

Она скользила с крыши на крышу. Бесшумно. Она следовала за служанкой. Девушка оглядывалась, но не догадалась посмотреть наверх.

Улицы стали шире, кровли — выше. Пришлось спуститься и следить уже с земли. Девушка привела ее на ту самую улицу с желтыми фонарями, где среди прочих стоял дом Верданы. Девушка остановилась, огляделась еще раз и вошла в ворота с какими-то геральдическими знаками.

Эл отыскала глазами единственного прохожего и, вцепившись в него, спросила, не показывая лица:

— Чей это дом?

— Канцлера Балы, — ответил прохожий и быстро скрылся, как только она отпустила его.

Мараса доложила о ее визите хозяину! Раздражение стало еще сильнее. Она вплотную подошла к воротам, уже собралась войти, как что-то кольнуло ее в спину.

— Что тебе здесь нужно? — раздался голос.

Укол возымел действие, помог справиться с нарастающим раздражением. Остатки раздражения она выместила на том, кто стоял у нее за спиной. Несчастный, которому достался сильный удар, был обычным солдатом императорской охраны.

Она обернулась, отодвинула капюшон и чуть откинула полу плаща. Так сделала Вердана на постоялом дворе. Игроки тогда не испугались ее, на солдата жест возымел действие.

— Простите, госпо…жа, — неуверенно сказал он.

— Я только рассматривала знаки на воротах! — недовольным тоном сказала она. — Я что, уже не могу шагу ступить, чтобы какой-то жалкий… жалкий червь не ткнул меня в спину? А?!

— Умоляю. Я не знал… Я не знаю вас. Ранний час. Ваша одежда, госпожа. Я вижу, что вы госпожа. Думал, что нищий забрел на улицу и хочет просить подаяния в праздник. Вы, наверное, гость…гостья. Я провожу вас куда надо.

— Где-то тут дом, который когда-то принадлежал Вердане из Дора, — сказала она.

— Он в другом конце. Там живет господин Нинхау из Камла, дядя покойной госпожи Верданы.

Она отправилась туда, куда указал солдат.

«Хорошо вышло. Эффектно. Теперь я знаю имя дяди. Только Бала теперь будет знать, что у его дома меня видели. По описанию узнает одежду рода, и поймет, что это Вердана, что служанку выследили. Вердана сделала глупость, что пошла к Марасе. Теперь город будет знать, что Вердана вернулась. Конечно, начнется переполох. Так ведь пойди, останови эту махину. Под ее влиянием я могу натворить, черт знает чего. Она сильнее? Не позволю. Не позволю срываться. Я же озверела, буквально. Чуть не разорвала гадалку…А сейчас хорошо сыграла. Натурально. Поверил. Одежду показала — это ошибка. Ну, не все разом получается», — думала Эл.

Теперь ей стало казаться, что обстановка и ситуация, за исключением нюансов, напоминает земную.