— Я пойду на встречу, тем более, что я ее сама назначила. Если это не обман, через три дня нам станет все известно. Только есть один нюанс. Без вас я не хочу никуда уходить. Если получиться, пойдете со мной?

— Мне терять нечего, я свободен, — отозвался Алик.

Димка вздохнул. Он подумал о бабушке и почувствовал сомнения.

— Если мы решимся, то это уже навсегда? Да? — спросил он.

— Не знаю, — ответила Эл. — Если честно, я уже привыкла к двадцатому веку. Без дела не останемся. Вот если бы командировка. Туда. Потом обратно. Я еще не решила, как мне поступить. А ты, Алик, зря. Все-таки надо постараться восстановить отношения с родителями.

— Нет никаких отношений, — отрезал Алик. — Что меня там ждет? Одни упреки. Ну, угомониться мать ненадолго, а потом все опять начнется по новому кругу. Я уже жалею. Я больше всех настаивал на возвращении сюда и оказалось, что я, такой как есть, никому тут не нужен.

— Ты нам нужен, — ответил Димка.

— Да, — подтвердила Эл.

Алик ждал, что она скажет больше, но Эл в присутствии Димки вела себя, как ни в чем не бывало. Алика задело за живое, и он добавил с жаром:

— Какая разница, где мы будем. Что толку, если никто не хочет тебя понять. Я один, родители мне не простят еще один уход. Лучше сразу все закончить.

— Не знаю, что тут советовать, но я чувствую свою вину. Я впутала тебя, конфликт из-за меня произошел, тут твоя мать кое в чем права. Надо поговорить. Хоть попытаться, — уговаривала Эл.

— А как ты себе представляешь? Просить разрешение на поход в будущее? У меня мать — врач, она меня за сумасшедшего примет.

— Нет. Такое говорить не стоит. Я вчера пыталась. Мама решила, что я шучу. Пусть думают как раньше. Но твоих родителей надо успокоить. Очень важно, чтобы они просто попытались понять твой образ жизни. Немного. Тебе будет легче, им тоже. Даже мне.

— Эл, а если бы нас не было? Ты приняла бы предложение? — спросил Димка.

— Ах, если бы, ох, если бы, — передразнила его Эл. — Вы есть. Без вас я не пойду. Несправедливо.

— Но обратились только к тебе. Это шанс. Неужели не скучаешь по полетам? Я истошно соскучился по катерам, скорости, даже по синтетическим завтракам. Мне, хорошему пилоту, приходиться ходить пешком. Ольга с Игорем, как они там без нас? — рассуждал Димка. — Двадцатый век — это здорово. Другое время тоже. И кони, и шпаги, и верблюды, и пески… Но мне кажется, что наш дом в будущем, а здесь, как привычка, что ли. Просто у нас на одну степень свободы больше, точнее у всех через тебя. Бабуля моя расстроиться, но я бы рискнул еще раз. Нам и тут конечно скучно не будет, но там такие возможности! А, капитан?… Соглашайся.

Эл посмотрела на него и улыбнулась. Димка рассуждал по-детски. Как у него просто получается. Это время — привычка, будущее — дом. Еще бы! На нем никакой ответственности. Она что-то вроде дверей в другую реальность. Уже не вспоминает, как тосковал по дому еще полтора года назад, как их совместная экспедиция чуть не закончилась смертью. Он забыл беды, трудности?

Димка прервал ее размышления. Догадался, о чем она подумала.

— Думаешь, я все забыл. Думаешь, что я рассуждаю, как ребенок. Нет, Эл, я очень серьезно. Что ни говори, а здесь мы все потеряем, столько лет труда — в пустую, по боку. Лучше риск и опасность, но только делать бы, что умеешь. А я по полетам скучаю.

— Так-так, — заговорил Алик, — совсем недавно ты хотел сидеть верхом до конца своих дней.

— Ага, и носить кружевные воротнички и шляпы с перьями, и чтобы тебя усыновил граф, не больше, не меньше, — поддержала Алика Эл.