– В общем то он так и сделал, – пробормотал Саймон, наблюдая, как Джеффри поднял свой кубок, поставил на стол еще один и налил в оба вино. – Но что, по твоему, я должен был подумать после жестокой битвы, нанесшей такой урон вашей армии?

Белесые брови Джеффри приподнялись, а рот искривился.

– Я достаточно опытен, чтобы позаботиться о себе.

– Да, конечно, – согласился Саймон, но без особой убежденности, так что Джеффри расхохотался. Саймон пожал плечами. – В бою ты становишься сумасшедшим.

– Чья бы корова… – начал было Джеффри, но тут же снова рассмеялся. – Ладно, садись. Я хотел бы кое что предложить тебе и услышать, что ты об этом думаешь, но сначала – один вопрос. Во время нашего последнего разговора ты сказал мне, что Ричард согласится на перемирие, если его предложат. Остается ли это в силе или последняя атака заставила его переменить свое мнение?

– Я уверен, что все остается по прежнему, но ты должен иметь в виду, что среди тех, кто дает ему советы, я далеко не первый. И все таки я убежден, что он не хотел бы нарушить клятву верности.

Джеффри облегченно вздохнул:

– Хорошо… Надеюсь, что сейчас Генрих готов прислушаться к голосу разума, и Винчестер вряд ли воспротивится перемирию. Он сам в достаточной степени солдат, чтобы не понимать, что наша ситуация с каждым днем становится не лучше, а хуже. Если основание перемирия все таки удастся придумать, согласится ли Ричард принять наших послов? Боюсь, что в их составе обязательно будет Винчестер, но там будут также епископы Сент Дэвида и Лондона, и я тоже. Однако, пытаясь поправить дела, я хотел бы не испортить их окончательно. Если бы Генрих и Ричард могли прийти к согласию до того, как случилось непоправимое, это было бы гораздо лучше для всех. Обиду, конечно, можно и забыть, но лучше, когда забывать нечего.

Саймон нахмурился:

– Да, но, боюсь, дело уже зашло так далеко… Ты действительно думаешь, что король и особенно Винчестер будут вести себя честно? Но ты, наверное, все же прав: нужно попробовать. Так чего ты ждешь от меня?

– Только того, чтобы ты пересказал Ричарду нашу беседу и, конечно, если он переменил свое мнение, дал мне знать как можно скорее. Если нам все таки удастся уговорить Генриха, а Ричард нас не примет, тогда уж хуже не придумаешь.

– Не думаю, что это случится, – уверил его Саймон, – но если кто нибудь другой будет столь же горячо противиться этому, и Ричард поддастся, я сам приеду к тебе или отправлю Сьорла. Он достаточно хорошо говорит по французски, чтобы его понимали. Прежде чем я уйду, расскажи, как дела дома.

– Если судить по известиям оттуда, все хорошо. Иэн все еще на севере, едва удерживает своих людей, рвущихся атаковать нас с тыла. Джоанна в Хемеле. Твоя мать отправилась в свои южные поместья наводить там порядок и… да, у меня для тебя есть забавная история. Ты же знаешь, что старый сэр Генри слишком одряхлел, чтобы исполнять обязанности кастеляна.  Конечно, твоя мать не выбросит его на улицу, но нового назначать все таки нужно. Леди Элинор остановила свой выбор на сэре Гарольде, младшем сыне сэра Джайлса из Айфорда. Он хорошо знает сэра Генри и не станет обижать старика. К сожалению, сэр Гарольд сейчас находится здесь, со мной, а назначение временного кастеляна очень расстроило бы бедного сэра Генри. Так в Кингсклере оказалась Сибелль. Она действует чрезвычайно ловко, создавая у старика впечатление, что полностью повинуется его советам.

Саймон усмехнулся, и Джеффри рассмеялся тоже. Сэр Генри – непробиваемый тупица. В свое время он был крепким воином, всегда преданным и честным, но его советы скорее могли вызвать катастрофу, чем принесли бы какую нибудь пользу.