На сей раз Палыч не выдержал и злобно зашипел на Тумбуса. Инженер внимательно на него посмотрел и с задумчивым видом постучал пальцем по губам.

— Ты уверен? — спросил он ежа.

В ответ Генка снова фыркнул и даже лапой по земле ударил.

— Это меняет дело, — согласился с его доводами пришелец и обернулся к Санычу. — Вот, товарищ проверяющий обвиняет вас в похищении и посягательстве на взлом «Создавателя».

— Да он ёж, что вы его слушаете вообще! — предпринял нелепую попытку отмазаться тот.

— Мы поделились с вами мудростью, допустили до технологий, которые позволили бы вам постигнуть суть мироздания, — покачал головой инженер. — А вы что устроили? Попытались подчинить себе процесс эволюции? Хотели обойти корневой код «Создавателя»? Вы хоть понимаете, какой опасности подвергли нашу вселенную⁈

— Мы собирались свернуть эксперимент, когда поняли, что он начал выходить из-под контроля, а эти, — теперь уже Саныч бросил в нашу сторону обвинения, — сунули нос в контролируемый процесс. Из-за них всё пошло не так! И сейчас мы вынуждены убирать последствия тем, что имеем!

— Так вот кто мы для вас⁈ — зло прошипела Хельга. — Нежелательные последствия⁈

Я впервые видел её в гневе. Возможно, если бы не инженер, который умудрялся сдерживать конфликт, Саныч сейчас делал бы последний вдох.

— Да, всё именно так! Нравится тебе это или нет! Это мы вас создали, вы обязаны нам тем, что появились на свет! Вы всего лишь бактерии в «чашке Петри», и только нам решать, позволить вам дальше размножаться, или лучше стерилизовать инструмент и начать заново!

— Хельга стой! — крикнула Клёпка, но было уже поздно.

Голова Саныча дёрнулась, а в следующее мгновение он уже лежал на земле, пуская кровавые сопли. Но на этом Хельга не закончила и принялась пинать своего создателя. Правда, недолго. Инженер что-то сделал, и девушка рухнула рядом. Шпала метнулся к ней и даже успел подхватить в самый последний момент.

— Что ты с ней сделал⁈ — злобно прошипел он в сторону инженера.

— Не беспокойся, она очнётся, — спокойным голосом заверил Шпалу тот. — Прости, но её поведение было неприемлемо.

— А его как? Нормально⁈ — кивнул я на Саныча, который всё ещё продолжал корчиться и стонать на земле.

— По сути, он прав, — пожал плечами инженер.

— Цинично, — усмехнулся я. — А как же святость любой жизни?

— А я и не говорю, что это норма. Он прав в своём отношении к вам. Это его выбор, его точка зрения. Однако мы не просто так запретили производство любых форм жизни, а потому что это огромная ответственность. Даже наша цивилизация не готова взвалить на себя такое бремя. Тумбус, как вы могли просмотреть, как позволили всему этому случиться?

— Да ясно как, — накинула обвинений Клёпка, — Деньги глаза затмили. Там что, много нужно? Пару вёдер накинь, и он уже через хрен зарю не видит!

— Заткнись, дылда! — взвизгнул гном. — Я тебя засужу за расовую ненависть!

— Ага, попробуй, — ухмыльнулась та и постучала себя пальцами по виску.