На несколько секунд воцарилось молчание. Затем мисс Трент перевела дыхание и сказала:

– Мне довелось довольно много времени провести в его обществе, мэм, но я не нахожусь с ним в таких доверительных отношениях, как вы, должно быть, предположили. – Она с трудом улыбнулась. – Все-таки я не устояла перед соблазном! Я позволила убедить себя принять приглашение леди Коулбатч и была так неблагоразумна, что два раза танцевала с сэром Уолдо. Я уже неоднократно пожалела об этом. Боюсь, что удовольствие танцевать снова после стольких лет вскружило мне голову!

Лицо миссис Чартли смягчилось, она подалась вперед и коротко пожала руку Анциллы.

– И не удивительно! Я прекрасно вас понимаю. Но… позвольте быть с вами откровенной, моя дорогая? Все-таки вы молодая женщина, несмотря на то, что вы держитесь так строго! И у вас нет рядом вашей мамы, которая могла бы вам посоветовать, не так ли? Вы мне очень нравитесь, и вы должны меня простить, если вам кажется, что я слишком много себе позволяю. Но я волнуюсь за вас, потому что боюсь, что вы лелеете надежды, которым вряд ли суждено осуществиться! Только не подумайте, что я виню вас за это! Сэр Уолдо вел себя недвусмысленным образом – всем известно, что не было и дня с тех пор, как слегла Шарлотта, что бы он не навестил вас в Степлзе.

– Он приезжал, чтобы узнать, как здоровье Шарлотты, привозил разные безделушки, чтобы ее развлечь! – проговорила Анцилла, чувствуя, что у нее сжалось горло.

– Дорогая моя! – с легким смешком отмахнулась от нее миссис Чартли.

– Мэм, я видела его только однажды – и то в присутствии других.

– Если вы так говорите, я, разумеется, верю вам, но в этом будет трудно убедить остальных!

– Я понимаю, мэм, – с горечью сказала Анцилла. – Все думают, что я пытаюсь его на себе женить, да?

– Не нужно обращать внимания на злобные выпады. Я так не считаю. Наоборот, меня беспокоит то, что он не дает вам покоя. Если бы на месте сэра Уолдо был какой-нибудь другой джентльмен, то я бы поняла его поведение как недвусмысленное ухаживание и была бы готова в любую минуту пожелать вам счастья – потому что вы не можете скрыть от меня, моя дорогая, что вы к нему далеко не равнодушны. Это меня ничуть не удивляет – немногие женщины обладают такой сильной волей, чтобы ему противостоять. Даже я сама – хотя, разумеется, он не давал мне никакого повода! – чувствую его обаяние. Мне кажется, он опасно привлекателен, и найдется немало женщин, влюбленных в него по уши.

– Это миссис Миклби сказала вам, мэм?

– Да, ссылаясь на свою лондонскую кузину. Я приношу свои извинения за то, что так полагаюсь на слухи, но они в некоторой степени были поддержаны Линдетом – только поймите правильно – без всякого намерения бросить тень на своего кузена! Он часто говорит о сэре Уолдо, и всегда с восхищением – даже, я бы сказала, с гордостью! К тому же нельзя забывать, дорогая мисс Трент, что сэр Уолдо принадлежит к определенному кругу, который считается одним из самых элитарных. На самом деле он является его лидером, и он в большой степени человек высшего света. Вы должны знать, может быть, даже лучше, чем я, что манеры и зачастую поступки таких людей основываются на принципах, не всегда совпадающих с теми, которыми руководствуются в более скромных кругах.

– Вы хотите предупредить меня, что сэр Уолдо человек свободных нравов? – напрямую спросила Анцилла.

– Нет! Ради всего святого, конечно, нет! – воскликнула миссис Чартли. – Вы не должны думать… дорогая моя, без сомнения, у него были – как бы это назвать? – свои маленькие приключения, но не думайте, что я подозреваю его, что он… что он…

– Собирается предложить мне карт-бланш? Так вроде бы это называется? Обещаю вам, что я никогда бы на это не пошла!

Миссис Чартли эти слова повергли в еще большее замешательство.