– Да, вы правы, – сказала Анцилла, вновь чувствуя двойственность своих чувств. – Но миссис Андерхилл тут следует упрекать в последнюю очередь. Конечно, на мой взгляд, ей следует быть построже, но как это требовать от нее, если это женщина с удивительно мягким и податливым характером, который так не соответствует характеру нашей Фанни! И, к тому же, миссис Андерхилл так переживает за свою племянницу и за все ее поступки! Я тоже, признаться. Никто порой не может быть очаровательнее Фанни, но также никто не умудрится за одну минуту всех поставить в неловкое положение, как это зачастую делает она. Не могу даже выразить вам, сэр, как я благодарна вашему кузену за то, что он так вовремя пришел всем на помощь!

Он ответил ей на это только короткой, сдержанной улыбкой, а она больше ничего не сказала, надеясь на то, что она дала ему достаточно пищи для размышления и усвоения. Возможно, своей фразой она дала ему ясно понять, что вмешательство сэра Уолдо диктовалось отнюдь не желанием отшить своего молодого кузена, а стремлением погасить назревавшую бурю в самом зародыше.

8

– Не буду скрывать, что почувствовала по отношению к вам признательность за то, что вы избавили нас всех от сомнительного удовольствия наблюдать очередную ее истерику, – сказала мисс Трент сэру Уолдо в самом конце этого памятного дня, после того уже, как мисс Коулбатч была благополучно водворена домой и передана на руки своим родителям. – Но я уверена в том, сэр, что вы осознаете бессердечие вашего поведения!

– Да, признаю, – холодно ответил он. – Но ведь я не сделал ничего для развития той сцены. Я не подбросил ни одной щепки в разгоравшийся огонь. Вмешался же я, руководствуясь исключительно мотивом рыцарского сочувствия.

– Чем?! – изумилась она.

– Мотивом рыцарского сочувствия, – повторил он, встретив на себе ее изумленный взгляд с совершенно серьезным выражением лица, но с такими искорками в глазах, что она едва не рассмеялась. – На меня тогда был брошен взгляд такой отчаянной мольбы, такой жалостливый, что я…

– Нет! – резко возразила мисс Трент. – Не было никакого жалостливого взгляда! Я не смотрела так на вас!

– Именно жалостливый! – беспощадно повторил Совершенный. – Ваши глаза, мэм, как вы сами прекрасно знаете, кричали: «Помоги мне!» Разве мог я не ответить на этот отчаянный призыв?

– Вы сейчас еще скажете, что это вошло в противоречие с вашими принципами! – воскликнула оскорбленная мисс Трент.

– Когда речь идет о том, чтобы оказать вам какую-нибудь услугу, мэм, это никогда не противоречит моим принципам!

Кровь бросилась ей в лицо, но она проговорила:

– Да-да! За словом в карман вы не полезете! У вас на все имеется готовый ответ! Я-то знаю!

– Вам также следует знать о том, что я говорю совершенно серьезно.

Внезапно у нее на какую-то секунду перехватило дыхание. Впервые в жизни она пожалела о том, что не имеет опыта в искусстве флирта. Она почувствовала нотку искренности в его голосе, но осторожный внутренний голос предупреждал ее о том, что она может стать жертвой чудовищного обмана со стороны искушенного в любовных интригах светского денди. Ей удалось рассмеяться, правда, с трудом и не очень убедительно, после чего она сказала:

– Очень мило сказано, сэр Уолдо! Я также должна выразить вам свою благодарность за то, что из Бардси вы привезли нам совсем другую Фанни.