— Нет, только…

— Что?

Только я не могу взглянуть на тебя без того, чтобы тут же не захотеть прикоснуться к тебе снова, промелькнула в мозгу Трейси лихорадочная мысль. Без того, чтобы во мне не вспыхнуло желание…

Трейси поспешно опустила глаза, чтобы Фрэнк ничего не смог прочесть в них. Чего же можно ждать от меня, подумала она, словно защищаясь от чьих-то упреков, если он выглядит, как Бен, говорит, как он, и даже пахнет точно так же!

Действительно, было бы странно, если бы ее тело, давно изголодавшееся по мужским ласкам, не вспомнило старые привычки, как только она увидела того, кто был так поразительно похож на Бена Кросби.

Боже, как же мне совладать с собой! Как выдержать это испытание, взмолилась Трейси.

— Я… расстраиваюсь, глядя на вас… То есть на тебя, — поправилась она, сочтя, что пора отбросить формальности при разговоре с братом мужа.

Голубые глаза Фрэнка потемнели.

— Ты настолько сильно ненавидишь Бена?

— Да, — тихо ответила Трейси, и это было истинной правдой. Она одновременно и любила и ненавидела обманувшего ее супруга.

— Понятно, — задумчиво произнес он. — Очень жаль. Мне меньше всего хочется расстраивать тебя. Но, как ни верти, тебе придется время от времени смотреть на меня, потому что мы находимся на борту парохода. Разве что один из нас выпрыгнет за борт! — усмехнулся Фрэнк.

Трейси не могла не согласиться с ним, так как «Нимфа» уже отчалила от пристани и зашлепала лопастями гребных колес вниз по реке.

— Давай-ка лучше я и в самом деле помогу тебе отнести наверх подносы с едой и питьем, — добавил Фрэнк, внимательно вглядываясь в лицо Трейси и стараясь разгадать его выражение. — По крайней мере, я буду находиться рядом с тобой, а не напротив, и тебе не нужно будет смотреть на меня.

Трейси пожала плечами и улыбнулась.

— Все же у вас с Беном есть одна общая черта: вы способны уговорить кого угодно!

— Боюсь, что ты права. Наш Бенни всегда отличался красноречием. Но мне казалось, что он более талантлив в этом вопросе, чем я.

— Довольно о нем. — Трейси нахмурилась. — Пора заняться делом. Идем со мной. — Она повернулась и направилась к выходу из каюты. Там было две узкие ступени. Поднимаясь по ним, Трейси спохватилась, что Фрэнк совершенно не знаком с особенностями внутреннего устройства парохода, а это может привести к досадным последствиям. Не успела она подумать об этом, как сзади раздался глухой звук, вслед за которым прозвучало очень эмоциональное проклятие. — Осторожно! — воскликнула Трейси, оглядываясь, но было уже поздно: Фрэнк ударился лбом о верхний косяк дверного проема и сейчас стоял, потирая ушибленное место пальцами.

Сострадательная Трейси не могла остаться равнодушной к страданию другого человека, и, прежде чем она успела сообразить, что делает, ее ладони легли на твердую мускулистую грудь Фрэнка. Разумеется, порыв Трейси был продиктован желанием как-то утешить его.

— С тобой все в порядке? — поинтересовалась она с дрожью в голосе, медленно поднимая на Фрэнка глаза.

— Думаю, что как-нибудь выживу, — ответил тот, перестав тереть лоб и посмотрев сначала туда, где были ее руки, а потом прямо ей в глаза.

Позже Трейси пришла к заключению, что ей нужно было сразу же отступить назад и не искушать судьбу. Но она не сделала этого и осталась стоять как стояла, ощущая под ладонями тепло мужской груди и утопая взглядом в бездонных голубых глазах Фрэнка.

Сколько времени все это продолжалось, Трейси не знала. Ей показалось, что прошла целая вечность, но на самом деле миновало, наверное, всего несколько секунд.