И это выбило его из колеи. Выйди из джипа. Скажи «спокойной ночи» и забудь об этом вечере.

– Подожди. – Он подошел к дверце со стороны Тиффани и открыл ее. Подул ветер. Джек встал в образовавшейся щели, чтобы дверца не захлопнулась. – Выходи.

Джек отошел недостаточно быстро, и, выйдя из машины, Тиффани столкнулась с ним. Он неуклюже схватил ее, она стиснула его плечи и снова оказалась в его объятиях.

Во взгляде ее карих глазах чувствовалось смятение. Тиффани, как и сам Джек, боролась с соблазном.

Джек отпустил ее и попятился.

– Иди в дом. Иди в свою комнату и закрой дверь.

– Почему? Потому что я тебе не нужна? – Она пристально взглянула ему в глаза. – Знаешь, твои поступки могут противоречить твоим словам, но я все поняла, Джек. Несмотря на соблазн, ты стараешься испытывать ко мне только платонические чувства.

– Не подгоняй меня, Тиффани. Не сегодня вечером.

Тиффани хотела пройти мимо, но Джек схватил ее за руку.

– Тогда перестань ко мне так относиться. Потому что я отношусь к тебе точно так же и не могу бороться с собой, когда-знаю, что мы чувствуем одно и то же. И мне больно из-за того, что ты пережил, и из-за того, что ты отталкиваешь меня.

– Я тебя не отталкиваю. – Он неожиданно для себя прижал ее к своей груди. Они стояли перед коттеджем, хотя вот-вот должна была начаться гроза. – Я хочу, чтобы мы дружили, Тифф. Я не хочу отказываться от твоей дружбы.

– Боюсь, что ты от нее откажешься. Боюсь, что мы ее лишимся… лишимся всего. – Она крепко обняла его.

Он наклонил голову, а она подняла глаза. Джек понял, что если он сейчас потеряет самообладание, то они в конце концов окажутся в ее постели. И тогда и впрямь лишатся всего.

– Жаль если мне придется уйти, Тифф. Раньше времени. Я хочу, чтобы потом мы часто виделись и вместе проводили время.

Он заставил себя разжать объятия и шагнуть назад.

– Оставшиеся несколько дней я собираюсь спать в доме твоих родителей. Ведь мы поставили обратно мебель. Так будет лучше.

Она промолчала. После минутного колебания Джек зашагал к коттеджу и вошел внутрь. Когда он вышел с дорожным несессером в руке, Тиффа-ни уже отошла в сторону от его джипа.

Она спокойно посмотрела на Джека.

– Я одобряю твое решение спать в доме родителей. Я поддержу твои усилия сохранить нашу дружбу, потому что тоже не хочу ее лишаться.

– Я рад, что ты понимаешь…

– Вообще-то понимаю лучше твоего. Тиффани только казалась спокойной. Она не удержалась и произнесла то, что ей на самом деле хотелось сказать:

– Ты действительно знаешь, чего хочешь, Джек? Потому что я не разобралась, чего я сама хочу. Я не собиралась тебя подгонять. Но вот о чем мне нужно тебя спросить, Джек… Можешь ли ты сказать, что честно смотришь в лицо собственной жизни? Когда речь идет о раке, и о Сэмюэле, и… обо мне? Потому что у меня внести ясность в наши отношения не получается. Я хочу тебе помочь – и не знаю, как это сделать.

– В моей жизни слишком много теней. Я хочу, чтобы ты была моей подругой. Не хочу лишаться твоей дружбы. Я… уже слишком много потерял. – Последние слова он произнес еле слышно. Казалось, они удивили его самого.

– Твоя семья…

– На редкость испорченная, и я могу, к несчастью, унаследовать черты моих родственников. – Джек бросил несессер в джип и уселся за руль. – Я не гожусь для отношений, при которых нужно связать себя обязательствами. Сожалею, но я для них не гожусь.

Тиффани не могла найти верные слова. Почему Джек ничего не понимает? Он наверняка ошибается, когда рассуждает о своих генах.