- Хочешь сказать 'преследовать'? - уголки ее рта приподнялись. - Насколько я припоминаю, ты в этом хорош.

- Не улыбайся - я не должен тебе нравиться, помнишь? Кроме того, когда ты в ярости, это невероятно сексуально.

Алли перевела взгляд на озеро и сжала губы, пряча несомненно сногсшибательную улыбку.

- Ты мне в этом не помогаешь.

Хадсон склонился ближе, изо всех сил подавляя собственную широкую улыбку.

- Ну тогда я перейду на следующий уровень в своей чертовой игре в преследователя, и тогда мы можем вернуться ко мне, чтобы заняться яростным сексом.

Алли прикрыла рот, притворно закашлявшись.

- Все еще не помогаешь, - она нагнулась и обхватила руками голени, давая сухожилиями прекрасную растяжку, а Хадсону - отличный обзор. Его взгляд сам собой переместился к ее попке, и он застонал.

- Это тоже не помогает, - он провел рукой по лицу, как будто это могло стереть весьма развратный образ Алли, стоящей на четвереньках, идеально выгнувшейся, чтобы принять его. Он знал, какой гладко, горячо и охренительно прекрасно скользнуть головкой члена между ее складочек, дразня перед тем, как оттрахать.

Алли выпрямилась.

- Даже не думай об этом.

- Поздно.

Она покачала головой.

- О чем хочешь поговорить?

- А что, Алессандра, не можешь подобрать слов? Ад только что замерз.

- Смешно, - Алли закатила глаза. - О! Я вчера видела Ника.

- Перейти от яростного секса к моему брату - несколько не тот ход мыслей, которого я ожидал, - сухо проговорил он.

- Поверь мне, в этом я с тобой согласна. Но я пытаюсь довольствоваться тем, что есть.

- Так где ты его видела? - спросил Хадсон, пытаясь поддержать разговор.

- Мы с Харпер пошли выпить кофе в Старбаксе на Дивижн.

- Ах да, мой брат-бариста. Он хорошо позаботился о моей девочке?

- Ага. И о моей лучшей подруге, недавней поклоннице кофе, тоже.

- Харпер тоже двадцать минут тратит на заказ кофе? - его губы сложились в кривую ухмылку.

- Она действительно провела за прилавком двадцать минут, но не обсуждая заказ.

Приподняв брови, Хадсон скрестил руки на груди.

- Что-то, о чем я должен знать?

- Похоже, что твой брат и моя лучшая подруга вроде как встречаются.

- Что? Когда это началось?

- Пока мы были в Европе. Один разговор длиной в целую ночь перетек в поход в кино, а затем привел к...

- Я понял, - оборвал ее Хадсон. Он не хотел, чтобы этот образ встал у него перед глазами. Черт, да даже сама идея обжигала глаза. - Проклятье, - он провел рукой по волосам. - Я же говорил ему не начинать эту хрень с твоей подругой.

- Не думаю, что это хрень. Судя по тому, что я видела, они правда нравятся друг другу.

Хадсон посмотрел на небо. Прогноз погоды обещал новые снегопады, и у свиней, наверное, будет тот еще адский полет (14).

- Нам будет что обсудить сегодня за ужином.

- Ты не можешь ничего сказать.

- Это еще почему?

- Потому что ты не можешь сказать ему, что знаешь. Мы расстались, помнишь? И даже если бы и нет, они просили тебе не говорить.

Он выругался себе под нос.

- Это нелепо.

- После всего, через что ты из-за него прошел, Ник больше всего хочет, чтобы ты им гордился. Ты же сам видишь. И он беспокоится, что нарушение правила никаких-свиданий-во-время-реабилитации тебя расстроит, - ее голос смягчился. - Пусть он сам скажет тебе, когда будет готов.

- Ладно. Еще что-то, о чем мне знать не положено?

- Кажется, на этом все, - она поборола улыбку, которая, как он знал, грозилась расползтись по всему лицу, но ее настроение отразилось в голосе. Возможно, она наслаждалась его реакцией на новости чуть больше, чем следовало. Боже, помоги ему, Хадсону так нравилось видеть ее счастливой, даже когда это было за его счет.

- Все оставшееся время свелось к их вмешательству, - сказала Алли.