|
- Вы выступаете?.. В процессе Лауэра? - У Дидериха перехватило дыхание, он остановился как вкопанный. - Ну да, выступаю, - сказал Бук и пожал плечами. - Вас это удивляет? Я недавно внесен нетцигским судом в списки адвокатов. Вам отец не говорил? - Я теперь редко вижу вашего почтенного батюшку... Я почти нигде не бываю. Мои обязанности по фабрике... Эта помолвка... - невнятно бормотал Дидерих. - Тогда, значит, вы часто... Или вы уже совсем сюда переехали? - Временно, надеюсь. Дидерих овладел собой. - Признаться, я не всегда понимал вас. А теперь и вовсе перестал понимать. Вы гуляете со мной по Нетцигу... Бук, прищурившись, посмотрел на него: - Хотя я завтра выступаю защитником на процессе, где вы являетесь главным свидетелем обвинения? Да ведь это чистая случайность. Могло быть и наоборот: все зависит от распределения ролей. - Благодарю покорно! - вскипел Дидерих. - Каждый занимает свое место. Если вы не питаете никакого уважения к своей профессии, то... - Уважения? Что это значит? Я с радостью взял на себя защиту, не отрицаю. Вот уж отведу душу, об этом долго будут помнить. В ваш адрес, господин доктор, наговорю кучу неприятных вещей. Не взыщите, мне это нужно для эффекта. Дидериху стало страшно. - Позвольте, господин адвокат, как же так? Разве вам неизвестны мои показания? Они не так уж неблагоприятны для господина Лауэра. - Это уж мое дело! - На лице Бука появилось ироническое выражение, не сулившее ничего хорошего. Они вышли на Мейзештрассе. "Процесс!" - думал, громко сопя, Дидерих. В сутолоке последних дней он совсем о нем забыл, а теперь его обуял такой страх, точно завтра ему предстояла ампутация обеих ног. Густа - притворщица, дрянь, с умыслом, значит, ничего не сказала, - пусть, мол, в последний момент его ошарашит. Он простился с Буком, не доходя до дома. Только бы Кинаст ничего не заметил! Бук предложил зайти куда-нибудь в пивную, посидеть. - Вас, по-видимому, не очень-то тянет к вашей невесте? - сказал Дидерих. - В настоящую минуту меня больше прельщает рюмка коньяку. Дидерих язвительно засмеялся: - Она, кажется, всегда вас прельщает. - Из опасения, как бы Кинаст не заподозрил недоброе, он пошел провожать Бука. - Видите ли, моя невеста, - неожиданно заговорил Бук, - это тоже один из вопросов, которые я оставляю судьбе. - Как вас понять? - спросил Дидерих, и Бук продолжал: - Если я останусь в Нетциге, то Густа Даймхен вполне на своем месте. Но кто знает? Мало ли какие обстоятельства могут вторгнуться в мою жизнь. Вот на этот случай у меня есть в Берлине другая связь... - Я слышал: актриса! - Дидерих покраснел за Бука, который с таким цинизмом признавался в этом. - Простите, - пробормотал он, запинаясь, - я ничего такого не думал. - Значит, вам это известно, - заключил Бук. - Ну, так вот. Я там еще не свободен, а потому не могу уделять Густе столько внимания, сколько следовало бы. Не примете ли вы участие в этой славной девушке? - спокойно, почти наивно спросил он. - Чтобы я... - Так сказать, немножко помешивать варево, которое стоит у меня на огне... Пока я не развяжусь там, Ведь мы питаем друг к другу симпатии. - Благодарю, - холодно сказал Дидерих. - Так далеко, во всяком случае, мои симпатии к вам не идут. |
